Этнорегиональная идентичность: социальные детерминанты и конструктивистская деятельность СМИ (на примере Республики Татарстан)

К оглавлению
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 
17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 

Л.В. Сагитова

* Республиканский этносоциологический опрос татарской художественно*твор*

ческой и научной интеллигенции (1990–1991 гг., рук. Д. Исхаков, Р. Мусина, Я. Гари*

пов); проект «Этническая идентичность, национализм и разрешение конфликтов в

Российской Федерации» (НИК) (1993–1996 гг., рук. Л. Дробижева); проект «Социаль*

но*экономическое неравенство этнических групп и проблемы интеграции в Российс*

кой Федерации» (1999–2000 гг., рук. Л. Дробижева); индивидуальные авторские про*

екты: «Роль республиканской прессы в формировании новой системы ценностей в ус*

ловиях социально*политической трансформации общества в Татарстане» (1996–1997

гг.) и «Особенности постсоветской политической социализации молодежи в Респуб*

лике Татарстан» (2000–2002 гг.), поддержанные фондом Маккартуров; проект «Разра*

ботка методов диагностики толерантности в средствах массовой информации»

(2001–2002 гг., рук. В. Малькова) в рамках Федеральной целевой программы «Форми*

рование установок толерантного сознания и профилактика экстремизма в российс*

ком обществе» (2001–2005 гг.).

щие процесса формирования региональной идентичности. Первая

связана с перераспределением властных полномочий между Цент*

ром и регионами, основной импульс которого был задан политичес*

кими элитами. Поэтому интересы татарстанской элиты можно от*

нести к динамической составляющей процесса формирования рес*

публиканской идентичности. Однако масштабные социальные изме*

нения невозможны без подготовленной социальной почвы – инте*

ресов и настроений большинства населения региона. Это – вторая,

инерционная, составляющая процесса. Выявление факторов, влияю*

щих на процесс конструирования региональной идентичности в сов*

ременном Татарстане, является основной целью данного исследова*

ния. Следует оговорить, что мы будем рассматривать лишь одну из

составляющих региональной идентичности – этническую, хотя пос*

ледняя сосуществует и взаимодействует и с республиканской граж*

данской, и с территориальной идентичностями. Стимулы их форми*

рования и сложность конфигураций их сосуществования требуют

отдельного глубокого исследования.

Сам по себе феномен идентичности имеет двойную направлен*

ность. С одной стороны, он является инструментом для поддержания

субъективной реальности отдельной личности. С другой стороны,

идентичность может использоваться влиятельными социальными

группами в качестве инструмента социальной инженерии. Истори*

ческий опыт свидетельствует, что именно этническая идентичность

становится объектом внимания политиков, с успехом использующих

этнические ценности в своих идеологических доктринах и тем са*

мым обеспечивающих себе широкую социальную поддержку.

Поскольку в исследовании анализируется конструктивистская

деятельность элитных групп, то в качестве источника была избрана

республиканская пресса. Именно ежедневная газета, транслируя

идеологию власти, делает ее частью обыденности.

При анализе республиканского информационного поля сочета*

лись два метода – контент*анализ и дискурсивный анализ текс*

тов. Первый метод помогал выявить интенсивность подачи этни*

ческой информации. Под этнической информацией понимается

«информация об этнических особенностях жизни, появляющаяся

в СМИ в разных формах… упоминания в публикациях о предста*

вителях тех или иных этнических общностей, их обычаях, ценнос*

тях, явлениях, связанных с этнической психологией людей… осве*

щение журналистами этнополитических и этнокультурных тем»1.

Но все же основной акцент делался на интерпретативном прочте*

нии публикаций. Задачи исследования требовали выявления

смысловых конструкций, с помощью которых акторы придавали

значимость тем или иным этническим категориям в формирова*

нии этнического самосознания в структуре региональной иден*

тичности.

При отборе изданий учитывались такие параметры, как распрост*

раненность газеты в республике (тираж); продолжительность суще*

ствования; язык издания (русский или татарский); кому принадле*

жит издание (является оно государственным или относительно неза*

висимым). Кроме того, учитывалась аудитория издания (сельская

или городская). Всего было отобрано четыре периодических издания

– официальные: «Республика Татарстан» и «Ватаным Татарстан» и

относительно независимые издания: «Вечерняя Казань» и «Татарс*

тан яшьляре»2.

Кроме того, в качестве источников использовались данные мас*

1 Малькова В. Этническая журналистика и толерантность // В. Малькова, В. Тиш*

ков. Этничность и толерантность в средствах массовой информации. М.: ИЭА РАН,

2002. С. 30. Контент*анализ проводился по специально адаптированной для сбора эт*

нической информации специальной методике «Формуляр», разработанной московс*

ким этнологом В. Мальковой Эта методика использовалась для анализа этнической

информации в прессе в рамках проектов «НИК» (рук. Л. Дробижева) и «Разработка

методов диагностики…» (рук. В. Малькова).

2 «Республика Татарстан» является общественно*политической газетой. Издается

с апреля 1917 г. До 17 августа 1993 г. выходила под названием «Советская Татария». Уч*

редителями газеты являются: Государственный совет РТ, Кабинет министров РТ, ре*

дакция газеты. Выходит 5 раз в неделю. Тираж 39538 экз. (2002 г.). Газета распростра*

няется по всей республике, читательская аудитория – городское и сельское населе*

ние республики.

«Ватаным Татарстан» – общественно*политическая общетатарская газета. Из*

дается с марта 1918 г. Учредителями газеты являются Государственный совет РТ, Ка*

бинет министров РТ, редакционный коллектив. Выходит 5 раз в неделю. Тираж 47004

экз. (2002 г.). Распространяется по республике и в местах компактного проживания та*

тар в РФ. Аудитория представлена в большей мере сельчанами.

«Вечерняя Казань» – общественно*политическая газета. Издается 1979 г. Учреди*

тель – ЗАО «Вечерняя Казань». Выходит 4 раза в неделю. Тираж 57032 экз. (2002 г.)

Читательская аудитория – жители Казани и крупных городов республики.

«Татарстан яшьляре» – общественно*политическая газета. Издается с января

1920 г. Учредителями газеты выступают Совет молодежных организаций РТ и редак*

ционный коллектив газеты. Выходит 4 раза в неделю. Тираж – 76376 экз. (2002 г.) Сре*

ди читательской аудитории преобладают сельчане. Газета является самоокупаемой.

совых этносоциологических опросов (1994, 1996, 1999, 2002 гг.), кон*

тент*анализ читательских писем3, экспертные интервью с предста*

вителями власти, журналистами и редакторами республиканских

изданий, взятые в ходе реализации авторских проектов (1997,

2001–2002 гг.), статистические данные, официальные документы и

выступления представителей власти и национального движения в

Республике Татарстан.

Республиканская пресса

Рассматривать СМИ как механический инструмент передачи

ценностей было бы упрощением. Значимые различия задают их инс*

титуциональные характеристики, отношения собственности, учре*

дители, не говоря уже о составе журналистского корпуса и чита*

тельской аудитории.

В постсоветский период заметно выросло количество республи*

канских изданий. Если в 1985 г. выходило 147 газет и 14 журналов, то

на 1 января 2001 г. в Татарстане выходит 419 периодических печат*

ных издания. Из них: газет – 314 (74,9 %), журналов – 85 (20,3 %),

прочих – 20 (4,8 %)4. Процесс демократизации и утвердившиеся ры*

ночные отношения разрушили монополию государства на СМИ.

Круг владельцев СМИ значительно расширился. Если в советское

время идеологический дискурс, создаваемый СМИ, как правило, был

консолидирован, то сегодня количество групп, имеющих доступ к

СМИ, возросло и они, в разной мере, имеют возможность отстаивать

или продвигать свои интересы в информационном поле, что способ*

ствует появлению конкурирующих дискурсов.

Несмотря на то что внутри правящей элиты Татарстана существу*

ют противоборствующие группы, ее официальный идеологический

дискурс, выражающий региональную идентичность, как правило,

консолидирован. Возникающие в поворотные для республики мо*

менты резко оппозиционные издания живут недолго5.

3 Контент*анализ и дискурс*анализ читательских писем был проведен автором в

период подъема этнического самосознания в республике, пик которого пришелся на

1989–1992 гг. Было отобрано 268 писем читателей журнала «Идель», связанных с те*

мой этничности.

4 Справочник Министерства печати за 2001 год.

5 К таким изданиям можно отнести националистическую газету «Алтын Урда» и га*

зету «Казанское время».

Стремление властной элиты легитимировать в начале 1990*х гг.

более широкие (по сравнению с прежними), властные полномочия,

как в глазах Москвы, так и в республиканском сообществе, должно

было опираться на аргументы. На общероссийском уровне имелось

только одно основание, которое отличало республику от обычной

российской области – этнический фактор. Его значимость подкреп*

лялась апелляцией к международным правовым нормам о праве на*

ций на самоопределение и уже начавшимся процессом выхода из

СССР союзных республик. Кроме того, немалую роль в республике

играло национальное движение, которое пополнялось все новыми

неформальными организациями. Его лозунги имели достаточно ши*

рокую поддержку среди определенной части татарского населения.

Но был и еще один веский аргумент, который местная власть могла

использовать в споре с Центром. Это – более низкий уровень обес*

печенности жителей республики по сравнению с москвичами. Выиг*

рышность этого аргумента в политической стратегии руководства

Татарстана была бесспорна. Ответственность за сложившуюся сис*

тему распределения ресурсов несло центральное правительство. По*

этому выстраивание оппозиции «центр – республика» в формирую*

щемся региональном самосознании способствовало четкому распре*

делению акцентов: кто – «узурпатор», а кто – «жертва».

Таким образом, этничность и оппозиция «центр – республика»

становятся несущими опорами всей республиканской идеологии.

Характер и особенности подачи этнической информации в респуб*

ликанской прессе были тесно сопряжены с политическими события*

ми, сопровождавшими отношения федерального Центра и республи*

ки. В соответствии с динамикой интенсивности подачи этнических

тем процесс формирования республиканской идентичности можно

разделить на несколько этапов. Первый этап – конец 1980 – 1994 гг.

– резкая и категорическая дистанцированность от Центра; 1994 –

2000 гг. – неконфликтное утверждение республиканской идентич*

ности; с 2000 г. – интерпретация республиканской идентичности

как составной части общероссийской идентичности.

В информационном поле Татарстана конца 1980 – начала 1990*х

гг. этническая информация была очень насыщенной и даже темы, не

имеющие прямого отношения к этничности, обсуждались в свете

данных проблем. Так, тема экологии, связанная с охраной окружаю*

щей среды, переросла в тему экологии национальной культуры и

языка. Здесь нельзя не отметить (общую для многих национальных

республик) характерную увязку этнокультурных проблем с полити*

кой. Отсталость в развитии национальной культуры татар связыва*

лась с политикой советского государства, с политикой Москвы.

Именно поэтому получила широкий резонанс тема утраченной госу*

дарственности татар. Социально*экономические проблемы также

рассматривались сквозь призму этничности6. Показательно, что идеи

этнического ренессанса вышли на первый план на волне широкого

обсуждения социально*экономических проблем самой республики

как субъекта Российской Федерации, которому Центр совсем не уде*

ляет внимания.

Зачастую обсуждение сводилось к поиску виновной стороны,

которой оказывалось российское государство. Однако, вина госу*

дарства нередко экстраполировалась на его этническое большин*

ство – русских. В этот период особенно сильно звучал «мотив

жертвы». Приведем в качестве примера своего рода квинтэссен*

цию подобных публикаций, звучавших довольно часто на страни*

цах республиканской прессы. Показательно ее название – «Сосе*

ди». Автор, писательница Б. Рахимова, оценивает «плоды соседства

с русскими»: «Государства –нет. Язык –в упадке. Нет ни нацио5

нальной армии, ни национального банка, наша религия, можно ска5

зать, только, что оправилась от долгой клинической смерти. Что

касается образования – всего 7 % татарских детей обучается на

родном языке. Славный некогда град Казань... представляет со5

бой... настоящие развалины. Вместо нефтяного богатства нам

достались его издержки: химизация, загрязненность почвы, зем5

летрясения, спровоцированные нещадной и вульгарной эксплуата5

цией наших природных богатств, наконец, чувство опустошеннос5

ти в нас самих»7. Констатируя состояние этнической культуры и

языка народа, а также его среды обитания, автор переносит акцент

обвинения на российское государство. Однако в публикации при*

сутствует еще один виновный: «Известно, что татарский народ

славен как народ активный, работящий, созидательный. Но все ча5

ще и чаще в наш народ проникают... такие пороки, как лень, пьян5

ство, безразличие». Таким образом, оппозиция «государство (рос*

сийское) – республика (Татарстан)» накладывается на этническую

оппозицию «мы – они» и усиливается ею.

6 В этот период в общественном мнении было широко распространено представле*

ние о том, что экономическая самостоятельность республики, концентрация

собственных ресурсов и дохода создаст условия, при которых значительная часть ос*

тавшихся в республике средств пойдет на развитие национальной культуры татар.

7 Рахимова Б. Соседи // Идель. 1990. № 11. С. 53.

Представленная тема и тон ее подачи имеют свою динамику.

Контент*анализ сегодняшней прессы (2001–2002 гг.) показал, что

хотя «мотив жертвы» продолжает сохранять актуальность, но зву*

чит гораздо реже. В этот период отмечена всего одна публикация

такого рода. Ее название – «Мудрость начинается с характера». В

ней автор статьи сравнивает русский и татарский характеры. В ка*

честве индикаторов избраны слова и лексемы, по мнению автора,

по*разному осмысливающиеся в русском и татарском языках. В ка*

честве примера приводится ставшая крылатой фраза Б. Ельцина

«Берите суверенитета столько, сколько сможете проглотить!», а за*

тем делается вывод: «Русский язык не способен быть языком дипло5

матии, так как в нем много резких и бранных слов». После перечис*

ления современных бед России: «экспансивная политика» и «разру5

шающее изнутри Россию чиновничество», автор приходит к заклю*

чению: «Насколько разнятся системы русских и татарских языков,

настолько разнится и менталитет народов. Сегодня татары, жи5

вя в русском государстве, перешли на язык и систему русских»… От

этого, по мнению автора, проистекают все беды народа. Статья за*

вершается призывом: «Нам надо разорвать старую узду, разру5

шить мосты, упрямо встав на родную зеленую почву, начинать

жить истинно по5татарски. Только это нас спасет»8. Публикация

претендует на объективность, поскольку проблема рассматривает*

ся в ней с точки зрения науки. Солидность материалу призваны

придать научные регалии автора – «политический психолог». В

статье противопоставляются менталитеты народов, языковые сис*

темы. Тем самым конструируется положительный автостереотип,

акцентируется роль жертвы и закрепляется ценность этнического

республиканского самосознания. Российское государство ассоци*

ируется с агрессией, грубостью в противовес родному, этническо*

му. Статья адресована татароязычному читателю.

Для периода с 1980*х до начала 1990*х гг. было характерно силь*

ное влияние политической конъюнктуры на появляющуюся в прес*

се этническую информацию. Особенно это проявилось в период

сложных отношений между Москвой и Казанью в 1993–1994 гг.

Контент*анализ газет9 «Ватаным Татарстан» и «Татарстан яшьляре»

в период конституционного конфликта показал, что в 95 % анализи*

руемых статей, связанных с этнической тематикой (из 180 в «Тата*

8 Татарстан яшьляре. 2001. 4 окт.

9 Осуществлен в рамках проект «НИК» (1994 г.).

рстан яшьляре» и 120 – в «Ватаным Татарстан»), присутствовала

тема России. Самая актуальная тема этого периода – обвинение

России в унитаризме, ущемлении суверенных прав. Наиболее эмо*

ционально она подавалась представителями гуманитарной и худо*

жественной интеллигенции во время октябрьских событий 1993 г. у

Белого дома. В то время как газета «Ватаным Татарстан» печатала

лишь безоценочную хронику этих событий, газета «Татарстан яшь*

ляре» напечатала несколько больших публикаций с оценкой этих

событий, назвав их «вторым кровавым воскресеньем». Наиболее

эмоциональной была статья М. Юныса, в которой писатель провел

аналогию с октябрем 1552 г. (взятие Казани), октябрем 1956 г. (со*

бытия в Венгрии), сделав вывод, что для России кровопролития –

закономерность10. В это время прореспубликански ориентирован*

ные издания придерживались такой позиции: если в России идет

выяснение отношений, борьба, поиски врагов, то в Татарстане тем

временем работают, стараются найти выход из экономического

кризиса. Таким образом, положительный автостереотип «татары –

трудолюбивый народ» использовался в качестве характеристики

республики и переносился в сферу отношений с Москвой.

Борьба за государственность Татарстана, придание республике

новой политической идентичности, активизировала использование

символов, включающих в себя память о былой государственности та*

тарского народа. К ним относится День памяти погибших защитни*

ков Казани при завоевании Казанского ханства Иваном Грозным и

напоминания о святых Булгарах. В качестве примера приведем

статью писателя М. Юныса «Уста руин», где инструментальная

функция символа выражена наиболее ярко: «Под этими камнями (в

Булгарах. – Л.С.) похоронена эпоха наших дедов, живших свободно. И

если мы сегодня, борясь за независимость, не сумеем сплотиться...

то наши зародившиеся надежды тоже будут похоронены под этими

руинами»11. Напротив, памятник покорителям Казани в 1552 г., рас*

положенный почти в центре города, воспринимался как символичес*

кое закрепление неравноправия татарского народа. Председатель

Всетатарской ассоциации деятелей культуры «Маданият» Г. Ягфаров

писал о том, что памятник «русским захватчикам» воспринимается

татарским народом как «соль на рану»: «Эта несправедливость

(можно сказать, и сам памятник) породила ненависть татарского

10 Татарстан яшьляре. 1993. 9, 10, 11 дек.

11 Татарстан яшьляре. 1993. 13 мая

народа к России (можно сказать, и к русскому народу). Мысль унич5

тожить, взорвать, сжечь тревожила не одно поколение наших соро5

дичей с тех пор, как его воздвигли». Выходом, на взгляд автора, мо5

жет стать установка «на самом видном месте Казани памятника ее

защитникам. Это станет основой для равноправия двух народов»12.

Другой автор, писатель С. Шамси, также говорил о том, что памятник

«символизирует наше национальное унижение и несвободу», и пред*

лагал превратить его в музей с экспозицией, воссоздающей события

1552 г.13. Содержание и эмоциональный заряд этих цитат свидетель*

ствуют о чувствительности к символам. Автор первой цитаты соотно*

сит «равноправие народов» с фактами истории, а не с реальными

фактами жизни современных татар, социально*экономическое поло*

жение которых точно такое же, как и у русских в республике, да и

сходно с тем, что в России в целом.

Как видно из приведенных материалов, общим знаменателем для

всех тем, касающихся возрождения этнической культуры, языка и

татарского народа в целом, в Татарстане стала тема государственнос*

ти. Апелляция к этой теме имела две мотивации. Первая касается не*

посредственно возрождения этнической культуры и языка татар. Го*

сударственность татар в этом случае понималась как необходимое

условие для создания благоприятного климата для их сохранения и

развития, что отражало интересы национальной интеллигенции и эт*

нически ориентированных татар. Вторая причина связана с перера*

спределением власти и собственности на территории постсоветской

России. Интересы преумножения и сохранения экономических ре*

сурсов были приоритетом для властной элиты, а этнический фактор

служил ресурсом и инструментом консолидации населения респуб*

лики вокруг ее лидеров. Исходя из своих интересов, обе эти группы

– властная элита и творческая, прежде всего гуманитарная интел*

лигенция – были заинтересованы в том, чтобы стимулировать опи*

санный выше дискурс.

Сопоставление результатов контент*анализа республиканской

прессы за два последних года (2001–2002 гг.) с данными конца

1980–начала 1990*х гг., дает возможность проследить динамику в по*

даче этнической информации. В целом, нужно отметить, что доля эт*

нической информации значительно уменьшилась. В табл. 1 показана

доля этнической информации.

12 Ватаным Татарстан 1996. 1 нояб.

13 Идель. 1990. № 8. С. 49.

Таблица 1

Доля этнической информации в газетных публикациях, %

Для сравнения: доля этнической информации в официальной га*

зете «Известия Татарстана» в 1994 г. доходила до 45 %14. Но, несмотря

на то что доля этнической информации стала меньше, сложившаяся

в конце 1980 – начале 1990*х гг. стратегия дискурсов анализируемых

нами республиканских изданий сегодня сохраняется. Так, офици*

альные газеты «Республика Татарстан» и «Ватаным Татарстан» ста*

раются сохранить бесстрастность и нейтралитет, хотя в последней

изредка могут появляться довольно острые публикации. Газеты «Ве*

черняя Казань» и «Татарстан яшьляре» представляют два полюса

мнений и тенденций в отношениях между федеральным Центром и

республикой, стремящейся сохранить занятые в течение последних

десяти лет позиции.

Одно из ведущих мест среди этнических категорий, обсуждаемых

«символьной элитой», занимает тема татарского языка. Ее презента*

ция в республиканских СМИ также менялась на протяжении анали*

зируемого периода. Особенно бурным было обсуждение проблемы

современного состояния языка и образования на татарском языке в

конце 1980 – начале 1990*х гг. Язык и национальная школа рассмат*

ривались как первое условие сохранения этнической самобытности

татар: «Своя государственность, свой язык, свое образование помо5

гают сохранить нацию»; «Просвещение – это наша идеология. Ар5

мия и налоги могут быть общими (с Россией. – Л.С.), но образование

должно быть свое»15. В этот период тема языка подавалась в прессе

не только с точки зрения его сохранения и развития. Для радикально

настроенных авторов не последнюю роль играл фактор становления

новой идентичности, включающей в себя попытку утвердить свое от*

личие от русской культуры. При обсуждении вопросов перехода на

Газеты Октябрь 2001 Февраль 2002

Республика Татарстан 8,0 7,0

Ватаным Татарстан 13,0 11,0

Вечерняя Казань 1,0 9,0

Татарстан яшьляре 13,0 22,0

14 Республиканская пресса и межнациональные отношения // Информационный

бюллетень. М.: ИЭА РАН, 1995. Вып. 5. С. 7.

15 Ватаным Татарстан. 1993. 28 мая.

латинскую графику, лидер радикального национального объедине*

ния «Иттифак» Ф. Байрамова писала: «Здесь не только о языке пос5

тавлен вопрос. В первую очередь нам нужно, чтобы наша нация, на5

ша политика отошли от России»16.

В отличие от публикаций первой половины 1990*х гг., тема отли*

чия Татарстана от российского культурного пространства не получи*

ла своего продолжения. Сегодня подчеркивается инструментальный

характер алфавита: это удобная графическая система для татарского

языка и средство эффективного овладения новыми компьютерными

технологиями17. Тем не менее проблема развития и статуса татарско*

го языка в республике продолжает оставаться актуальной до сих пор.

Доминирование русского языка во всех сферах общественной жиз*

ни тревожит этнически ориентированных татар. Особенно наглядно

эта озабоченность проявляется на страницах татароязычной прессы,

в которой наряду с журналистскими материалами, публикуются

письма и статьи заинтересованных читателей. Так, одна из авторов

публикаций приводит в пример детский лагерь «Полет», где отдыха*

ют 500 девочек и мальчиков. Она сетует на то, что все они разговари*

вают на русском языке, все мероприятия проходят на русском язы*

ке, кругом звучит русская музыка. Далее, она пишет о тех мерах, что

предпринимает республиканское министерство образования: изда*

ние учебников, проведение конкурсов и олимпиад на татарском язы*

ке, и делает вывод, что эти усилия тратятся впустую, так как: «вот в

таком лагере дети быстро забудут «этот проклятый язык» – так

называют его! Здесь в лагере нет места другому языку». Автор ви5

дит выход в том, чтобы построить лагерь по типу «Малый Артек»,

где будут жить и отдыхать дети татар18.

Естественно, что среди причин сужения сферы употребления

татарского языка национальная интеллигенция выделяет главную:

отсутствие вузов с обучением на татарском языке. Авторы публика*

ций сетуют на то, что Госсовет республики принял в 1997 г. реше*

ние о создании национального университета, но до сих пор нет ни

университета, ни его концепции19. Проблемы видятся не только в

нехватке сил и средств. Один из авторов, Т. Айди, пишет: «Откры5

тие татарского национального университета поможет поднять

16 Татарстан яшьляре. 1997.22 февр.

17 Республика Татарстан. 2001. 9 окт.; Ватаным Татарстан. 2001. 3 окт.

18 Мэдэни жомга. 1999.21 июля.

19 Мэдэни жомга. 1999. 6 авг.

статус татарского языка. Но чтобы сохранить татарина как та5

тарина – этого еще мало. Потому что программа, которая будет

отражать потребности империи не будет соответствовать и

совпадать с потребностями татар. История мировоззрения, обы5

чаи и традиции там всегда будут в качестве половой тряпки. Вот

почему нужна школа, которая будет создана не на деньги государ5

ства, а на наши. А денег у нас сегодня нет. Значит мы зря мечтаем

об университете»20.

В последние годы, казалось бы, безобидный вопрос графической

системы татар получил политическую окраску. После вмешательства

федерального Центра в ход языковой реформы, связанной с перево*

дом письменности татар с кириллицы на латиницу, и последующего

запрета Госдумы на ее введение в республике, тема языка и алфави*

та стала обсуждаться чаще и эмоциональнее, не только в татароязыч*

ной, но и в русскоязычной прессе. Актуальность темы поддержива*

ется включением в обсуждение помимо журналистов, политиков,

экспертов, ученых, общественных деятелей и читателей. Официаль*

ная позиция подается, как правило, с точки зрения разграничения

полномочий между Москвой и Казанью. Например, «Республика Та*

тарстан» цитирует выступление Председателя Госсовета РТ Ф. Му*

хаметшина: «Думаю, что это неправильно – указывать из Москвы,

какому народу каким шрифтом писать на своем родном языке. Это

не дело и не полномочия федерального центра. Я думаю, что не сто5

ит даже утруждать себя принятием такого рода закона»21. По Конс*

титуции РФ – это компетенция республики.

В высказывании противопоставляется стратегия федерального

центра, который вновь хочет сосредоточить все властные функции в

своих руках, и интересы татарского народа, стремящегося по своему

разумению сохранить свою культуру и язык. Два понятия «российс*

кое государство – этническая культура» выстраиваются в оппози*

ции друг к другу, причем первое наделяется чертами диктатора, а

второе – жертвы. Таким образом, этнический фактор используется

как один из немногих оставшихся в распоряжении власти ресурсов,

помогающих отстоять свое республиканское «Я», а этническая куль*

тура и язык становятся той зоной, где наиболее близко совмещаются

интересы этнически ориентированных татар и стратегия властной

элиты.

20 Мэдэни жомга. 2000. 21 янв.

21 Республика Татарстан. 2001. 4 окт

Сопоставление общероссийской и республиканской этнической

идентичностей в информационном поле Татарстана отчетливо просле*

живается в дискурсах, формируемых неофициальными изданиями. В

основе стратегии татароязычной газеты «Татарстан яшьляре» лежит

формирование этнических ценностей посредством утверждения сво*

его этнического «Я» через образ другого, которым выступает Россия.

Напротив, «Вечерняя Казань» подвергает сомнению значимость этни*

ческой составляющей республиканской идентичности, так же, как и

правомерность выделения республики в качестве самостоятельного

субъекта в рамках России. Характерный прием, который используют

эти газеты для утверждения своих дискурсов – «Вечерняя Казань»

сообщая о решении правительства РТ обсудить всенародно проект

Конституции РТ, приводимой в соответствие с российским Основным

Законом, пишет: «Проблема всенародного обсуждения Конституции в

том, что этот документ не увеличит толщину масла на хлебе у Васи

Пупкина, не ввернет выкрученную соседом лампочку в его подъезде и

не вылечит от болезни… Словом, никаким лишним благом не обрадует

обывателя… следовательно, подавляющая часть населения наверняка

останется равнодушной к ее обсуждению» 22.

Особенно ярко, в соответствии со стратегией «Вечерней Казани»,

подаются темы ключевые: языка, республиканского гражданства, эт*

ничности в республике. А стратегия прореспубликанской и этничес*

кой ориентации газеты «Татарстан яшьляре» делает объектом сар*

казма и насмешек уязвимые стороны российской внутренней и

внешней политики. Причем обе газеты «окрашивают» в соответству*

ющие тона даже самый, казалось бы, нейтральный материал. Так, в

субботнем номере «Вечерней Казани» (это особенно популярный у

аудитории номер, «толстушка» с телепрограммой на всю неделю) в

рубрике «Субботний репортаж» напечатана статья журналистки га*

зеты с названием: «Я татарский бы выучила! Только где!» У репорта*

жа – особая маркировка, отличная от других публикаций: более тем*

ный цветовой фон внутри рамки и крупный, напечатанный жирным

шрифтом заголовок на второй полосе. Журналистка рассказывает о

перипетиях, связанных с поиском бесплатных курсов татарского

языка. Начинается репортаж с иронической фразы: «Помнится за5

кон принимали с большой помпой. Сколько пылких речей было сказа5

но…»23. Казалось бы, весь пафос публикации, звучащая в ней крити*

22 Вечерняя Казань. 2002. 20 фев.

23 Вечерняя Казань. 2002. 22 фев.

ка, направлены на то, чтобы власти города усовершенствовали систе*

му обучения татарскому языку, который имеет статус второго госу*

дарственного языка. Однако другие публикации, в которых газета

освещает языковые проблемы в республике, говорят о том, что тема

татарского языка для газеты – это лишь повод для того, чтобы выс*

казать свое неприятие другой культуры, которая претендует в рес*

публике на равноправие с русской культурой.

С конца 2001 г. большой резонанс получило дело С. Хапугина, по*

давшего иск в Конституционный суд РФ с требованием отмены обя*

зательного изучения татарского языка в объеме русского языка в

средней школе. Подробности этого дела постоянно освещаются на

страницах «Вечерней Казани» в специально отведенной для этой те*

мы рубрике «Дело движется». Само название рубрики говорит о за*

интересованности газеты в победе подавшей иск стороны. Судя по

тону трансляции «дела», газета активно формирует ряды недоволь*

ных уроками татарского языка в школе. Газета приводит, наряду с

рациональными аргументами (например, нехватка времени на мно*

жество предметов), и такие: «Необходимо учитывать, что язык явля5

ется важнейшим элементом национальной культуры, которая, в

свою очередь, участвует в формировании той или иной идеологии и

психологии, религиозных взглядов, образа мышления и уклада жизни.

Недопустимо насильственное привитие культуры гражданам, для

которых она не является родной. Это неминуемо ведет к напряжен5

ности в межнациональных отношениях».24 Тонкость приема состоит

в том, что газета позицию неприятия этнической составляющей

культурной политики республиканского правительства высказывает

не от имени редакции, а от имени рядового гражданина Татарстана.

В стратегии газеты «Татарстан яшьляре» более четко проявляется

оппозиция «мы – они» в сфере государственного строительства и

отношений федерального центра и субъекта Федерации, хотя иногда

характеристики в адрес российского государства экстраполируются

на его этническое большинство – русских. Обсуждение изменений

в Конституции РТ в газете подается через призму оппозиции «мы –

они». При этом часто используются ассоциации, связанные с тотали*

тарным прошлым. Характерным примером служит аналитическая

статья «Последний предел отступления, где он?»25. Один из ее подза*

головков носит название: «В подвалах ГПУ». Автор, рассказав о про*

24 Вечерняя Казань. 2002. 24 марта.

25 Татарстан яшьляре. 2001.2 окт.

цессе обсуждения изменений в Конституции РТ участниками делега*

ции из Казани и комиссией со стороны Центра, приводит высказы*

вания участников обсуждения со стороны республики, а затем дела*

ет вывод о том, что конституционная реформа грозит «сломом всей

политической архитектуре Татарстана», что здесь «не берется в

расчет история народа, его интересы». А затем следует прогноз:

«При таком подходе легко спровоцировать радикализацию татарс5

кой части населения».

Сравнение приведенного материала с публикацией о Конститу*

ции РТ в «Вечерней Казани» помогает ярче оттенить особенности

стратегии каждого издания. В публикации газеты «Татарстан яшьля*

ре» приводятся высказывания заинтересованных лиц (представите*

лей власти), говорится об абстрактных интересах народа, и при этом

акцентируется этнический фактор («…лакмусовой бумагой ее наст5

роения станет День памяти, традиционно проводимый 15 октября,

– по количеству и настроению участников можно будет судить о

том, каков градус общественных настроений» (имеется в виду тата*

рская часть населения РТ. – Л.С.) и делается заключение: «Ничем хо5

рошим все это в конечном итоге не обернется». Общий тон статьи

пафосный. В «Вечерней Казани» подход, напротив, прагматичный.

Основной акцент в публикациях делается на повседневные нужды

простых жителей Татарстана независимо от их этнической принад*

лежности. Вся информация, содержащаяся в газете, подается с пози*

ции простого обывателя, оппозиционного власти. Но здесь эта оппо*

зиционность накладывается на особенности власти в республике, где

этнический фактор играет заметную роль26. «Симметричность» стра*

тегий и приемов этих двух газет выражается и в том, что даже крат*

кая информация о республике (в «ВК») или о России (в «ТЯ») содер*

жит оценочный компонент. Каждая газета нацелена на поиск негати*

ва у противоположной стороны и умалчивание недостатков у «сво*

ей». Так, в «Вечерней Казани» дается репортаж с выставки одного из

казанских художников. Репортаж носит название «Охота на ханов

продолжается?» «…Равиль Загидуллин входит в тройку местных жи5

вописцев, которые упорно разрабатывают конъюнктурную для су5

веренной республики тему – бытописание жителей древней Казани

и Булгар»27. Автор репортажа, характеризуя тематическое содержа*

26 По данным М. Фарукшина, 78,1 % правящей элиты в Татарстане составляют та*

тары. См: Фарукшин М. // Ук. соч. С. 69.

27 Вечерняя Казань. 2002. 16 февр.

ние полотен художника, однозначно называет его конъюнктурным,

и это несмотря на то, что историческая живопись является жанром,

имеющим давнюю традицию. Тенденциозность в подаче события

легко прочитывается. Поскольку исторические сюжеты художника

– часть этнической истории, то ироническое отношение автора

распространяется и на нее. В другой популярной теме, посвященной

обмену паспортов28, на конкретных примерах показывается как не*

выгодно на практике иметь в новом паспорте вкладыш на татарском

языке, какие сложности поджидают его обладателя, если он выезжа*

ет за пределы республики. В свою очередь, «Татарстан яшьляре» да*

ет информацию о больших долгах по выплате заработной платы по

всей России. Публикация «Государство снова утонет в долгах» закан*

чивается фразой: «А у нас в Татарстане долги по выплате заработ5

ной платы невысоки… 0,6 %» (относительно 8 % по России. – С.Л.)29.

Информация приходится на период обсуждения Договора о разгра*

ничении предметов ведения между Российской Федерацией и Тата*

рстаном и подается наряду с информацией о том, что «Спикер Сове5

та Федерации С. Миронов против разделения полномочий между

Центром и субъектами…».

Итак, как видно из материалов, газеты выстраивают оппозиции

«мы» – «они» и при этом каждая выбирает свою ось. «Вечерняя Ка*

зань» формирует солидарность по принципу «мы (народ) – «они»

(власть), но это – власть этническая, республиканская. Власть рос*

сийская представлена, как правило, обобщенно, без конкретных

персонажей. Акцентируется ее функция борца за закон и справедли*

вость. Постоянный мониторинг публикаций газеты показывает по*

пулярность темы нарушений местными властями российских зако*

нов в республике.

«Татарстан яшьляре» проводит ось «Центр (Россия) – Республи*

ка (Татарстан) – татары». Помимо пунктирных информационных

блоков, в газете публиковались большие статьи*размышления. Все

три обозначенных звена «Республика – Татарстан – татары» сходи*

лись в период подготовки Всероссийской переписи населения на сю*

жетах, связанных с ней. Одной из показательных публикаций может

послужить интервью журналиста газеты с депутатом Госсовета РТ,

28 Особенность нового российского паспорта состоит в том, что в нем может фик*

сироваться (с помощью специального вкладыша на татарском языке) или же не фик*

сироваться республиканское гражданство наряду с общероссийским.

29 Татарстан яшьляр. 2002.21 февр.

писателем Р. Валеевым, вышедшее под названием «Кто отделился,

того медведь съест, кто разделился – съест волк». В публикации сра*

зу же ставится проблема: грядет новая перепись населения – что

она несет татарам? Депутат, говоря об увиденном им проекте блан*

ков переписи, высказывает недоумение и возмущение – почему та*

тар поделили на этнографические группы, а русских – нет? Далее

депутат делится впечатлениями от своей поездки в Москву для об*

суждения этой проблемы в Госдуме РФ, где он не получил ответа на

свой вопрос. Депутат раскрывает политическую подоплеку этой про*

цедуры. Действия российского государства характеризуются одноз*

начно – «геноцид»: «такого рода схема переписи – это подготовка

упразднения республик, в которых по такой переписи не останется

50 % титульного населения. Следовательно, осуществится девиз

Сталина – «Нет народа – нет проблем»30. Таким образом, в публи*

кации закрепляется связка – «татары – республика» как взаимо*

обусловленные составные: без единства татар не будет республики, а

без республики не выжить народу, как самобытному культурному

организму.

Социальные и исторические основания

этнического компонента региональной идентичности

Для адекватного понимания отдельных тем или дискурсов, суще*

ствующих в информационном поле, необходим анализ не только са*

мих его агентов с набором характеристик и мотиваций, но и некото*

рых аспектов исторического, социального, политического и культур*

ного контекстов сосуществования на одной территории двух этни*

ческих общин31.

В 1990 г. Татарстан объявил себя суверенным государством, что

повлекло за собой легитимацию этнической культуры на государ*

ственном уровне. Закрепление государственного статуса татарского

языка в Конституции РТ, принятие Закона о языках народов РТ (1992

г.), Государственная Программа РТ по сохранению, изучению и раз*

витию языков народов РТ (1994 г.); появление новых периодических

30 Татарстан яшьляре. 2001. 10 окт.

31 Татарстан является полиэтничной республикой. На его территории активно вза*

имодействуют две большие этнические группы – русские (39,5 %) и татары (52,9 %)

(данные Всероссийской переписи 2002 г.), различные по языку, культуре и конфесси*

ональной принадлежности.

изданий на татарском языке положили начало расширению семанти*

ческого поля этнической культуры татар. Если в советский период

употребление национального языка (как его тогда именовали) огра*

ничивалось сферой быта, то сегодня предпринимаются попытки его

использования в политике, экономике, науке и культуре. Но обога*

щение семантического поля произошло не только за счет расшире*

ния функционального применения татарского языка. Идеология на*

ционального ренессанса формируемая этнической элитой, находит

свое отражение на страницах республиканской прессы, в большей

степени татароязычной, от простого употребления этнонациональ*

ных символов до изложения концепций возрождения татарского об*

щества. Культура и язык, в качестве этнических ценностей, способ*

ны придать значимость таким политическим категориям, как сувере*

нитет и государственность, которые начали восприниматься массо*

вым сознанием как этнические. Однако политические усилия власт*

ной и «символьной» элиты республики не были бы столь плодотвор*

ны, если бы не было социальной основы в лице тех социальных

групп, которые разделяют транслируемую систему ценностей, если

бы не было исторической традиции, с помощью которой можно бы*

ло бы обосновать легитимность конструируемого дискурса.

Усилия в поисках своей идентичности в условиях смены эпох не

новы. Анализ интерпретаций этнических проблем выявляет при*

верженность их авторов идеям модернизации татарского общества.

По сути, произошло возвращение к дискурсам двух направлений

общественного развития татарского общества, получившим наибо*

лее яркое выражение в конце XIX – начале XX вв. Идеологии джа*

дидизма и кадимизма пытались сохранить этнорелигиозную иден*

тичность татар в условиях буржуазной эпохи. Модернизационные

идеи Европы, получившие широкий резонанс в русском обществе,

по*своему интерпретировались в татарской среде. Татарские либе*

ралы приветствовали европейские ценности, признавали значи*

мость русской культуры и языка для прогресса татарского общест*

ва. Кадимисты же видели путь сохранения этнической общности

через ее консервацию. В его основе лежала стратегия замкнутости

мусульманской общины. Самодостаточность обеспечивалась соци*

ально*экономическим укладом жизнедеятельности традиционных

сельских общин с соблюдением шариата во внутренней жизни и

догматической системой мусульманского образования. Воспитание

конформной и ограниченной личности оспаривалось сторонника*

ми реформаторского движения. Введение джадидистами светских

наук, творческий подход к изучению ислама, введение русского

языка наряду с татарским языком обучения – должны были по их

замыслу преодолеть инертность сельского менталитета и способ*

ствовать формированию урбанизированной личности, адаптиро*

ванной к быстро развивающейся социальной реальности на основе

своей национальной «высокой культуры».

Позиции джадидизма явно видны в модели государственного раз*

вития республики, разработанной современным национальным дви*

жением и взятой на вооружение официальными идеологами. Стра*

тегия намеченного в программах развития республики сочетает мо*

дернизационные ценности (рынок, частную собственность, плюра*

лизм и демократию) и национальные (учет исламского фактора и эт*

нических ценностей). Сегодня позиции кадимистов представляют

Милли Меджлис, партия «Иттифак» и часть мусульманского духове*

нства. Сторонниками идей джадидизма являются ТОЦ и большин*

ство национальной интеллигенции. В последнее время о привержен*

ности этому течению стала открыто заявлять и «партия власти»32.

Обе стороны сходятся в одном, считая, что именно ислам помог сох*

раниться татарам как этнической общности. Однако позиции резко

расходятся, когда речь заходит о решении проблем, связанных с мо*

дернизацией татарского общества.

Характерна в этом отношении дискуссия, проходившая на стра*

ницах татароязычной прессы республики во второй половине 1990*х

гг. Ф. Байрамова, лидер национальной партии «Иттифак», писала о

главной угрозе для целостности татар в «погоне за Европой» (через

русскую культуру): «стремление татарских ученых узнать русскую

культуру, язык, достичь их уровня – погубило татарскую нацию...

жертвами обрусения сегодня стали образованные и городские тата5

ры»33. Спасение нации она видит в изоляции татар от влияния Запа5

да и России и в возврате к кадимизму. А письменность татар долж5

на вернуться к арабскому, а не латинскому алфавиту, который «был

принят в Турции под дулом пистолета», – утверждает автор34. На*

дежды на сохранение татарского общества, Ф. Байрамова связывала

с крестьянством, сохранившим связь с национальной культурой и

менее подверженным влиянию русских35.

32 Выступление Президента РТ М. Шаймиева на открытии Второго Всероссийско*

го съезда востоковедов в Казани 19 октября 1999 г.

33 Байрамова Ф. Миллэт, дин hэм хакимият // Мэдэни жомга. 1998. 3 апр.

34 Мэдэни жомга. 1997.19 дек.

35 Мэдэни жомга. 1998. 3 апр.

Ей возражал татарский писатель А. Еники, который видел в учас*

тии татар в модернизационных процессах залог полноценного разви*

тия нации в соответствии с требованиями времени. Изоляция татарс*

кого общества от внешних влияний – это регресс, писал он. Называя

джадидистов прогрессивными реформаторами, писатель говорил о

пользе овладения русской культурой и языком: «Невозможно жить,

отгородившись от русского общества. В том, что татары сегодня об*

разованы – есть влияние и русского прогресса»36. По мнению писа*

теля, благодаря знакомству с европейской культурой через русский

язык, татары вышли на первое место среди других тюркских наро*

дов. Подчеркивая значимость ислама для татар, он заявляет об опас*

ности фундаментализма.

Преемственность модернизационной составляющей в этнонаци*

оналистическом дискурсе в татарском обществе связана с социаль*

ной структурой татар, которая сегодня в Татарстане близка к соци*

альной структуре русских. Уровень урбанизированности среди та*

тар, включенности в современную социально*экономическую инф*

раструктуру общества довольно высоки. Исследования этносоциоло*

гов в ходе реализации программы «НИК»37 показали, что националь*

ная интеллигенция в Татарстане имеет явно более полиструктурный

и более сходный с русской состав, чем во многих других республи*

ках. Это сходство проявляется в том, что у татар значительна доля

производственной интеллигенции: по данным переписи 1989 г. –

44,7 % относительно 49,8 % у русских. Была также выявлена тенден*

ция 1980*х гг. – увеличение доли административно*управленческой

интеллигенции в составе титульных народов республик в сравнении

с русскими, а также интеллигенции художественно*творческой, пре*

подавателей вузов, работников печати. К началу 1990*х гг. доля заня*

тых в партийно*государственном аппарате у татар была более чем в

полтора раза больше, чем у русских в республике, так же как и доля

художественно*творческой интеллигенции. По подсчетам исследо*

вателей, доля татарской интеллигенции по сравнению с 1960*ми гг.

возросла в 2 раза38.

Мотивы участия властной и «символьной» элиты республики в

формировании этнонационалистического дискурса описаны выше.

36 Еники А. Кыйбла алмаштыру // Мэдэни жомга. 1998. 29 мая.

37 Проект «Этническая идентичность, национализм и разрешение конфликтов в

российской Федерации», 1993–1996 гг., рук. Л. Дробижева.

38 Дробижева и др. Демократизация… С. 252.

Но в чем состоят причины социальной поддержки конструируемого

дискурса? Контент*анализ читательских писем, поступавших в ре*

дакции республиканских газет и журналов, а также данные массо*

вых этносоциологических опросов позволяют выявить некоторые из

них. «Партия бывших провинциалов», которая играет ведущую роль

идеолога этнического ренессанса, выражает интересы и устремле*

ния, в большей мере, татароязычной части татарского общества. Это

подтверждают результаты анализа читательских писем – 75 % из

них написано на татарском языке. Естественно, что письменным та*

тарским владеют те, кто получил на этом языке образование. В

1987/88 гг. в республике насчитывалось 995 татарских школ – прак*

тически полностью в сельской местности (численность учащихся –

104,4 тыс. чел.). К 1988 г. в Казани осталась всего лишь одна нацио*

нальная школа. Несмотря на то что по официальной статистике в

1988/89 гг. число татарских школ возросло до 1059 (численность уча*

щихся – 70,1 тыс. чел.), а в русских и смешанных школах имелась

9091 группа по изучению татарского языка с охватом более 127,0 тыс.

учащихся, тем не менее количество часов, отведенных на изучение

родного языка в этих школах, было незначительным – 2 часа в неде*

лю39. Приведенные цифры говорят о том, что категорию хорошо вла*

деющих родным языком составляли, в большей мере, сельчане и вы*

ходцы из села (горожане первого поколения). Попытка анализа сос*

тава читательской группы по признаку социального происхождения

дала следующие результаты: 37,5 % написавших – сельчане, 62,5 % –

горожане. С большой долей вероятности можно считать, что 24,5 %

(из 75 %) авторов писем, написавших на татарском языке – выходцы

из села.

Результаты опросов по проекту «НИК» показали, что этническая

идентификация сегодня преимущественно базируется на этнокуль*

турных признаках. На вопрос «Что роднит Вас с людьми Вашей наци*

ональности?» – 77 % татар*горожан и 71 % сельчан назвали родной

язык; 67 % и 51 % соответственно – культуру, обычаи и обряды; 33,5

% и 45 % – религию. 96,6 % татар в качестве родного называют тата*

рский язык. Однако здесь важна специфика функционирования род*

ного языка среди татар. В качестве языка общения татарским язы*

ком пользуются: на работе – 14 % татар*горожан и 92 % – сельчан;

дома соответственно 48 % и 99 %; читают газеты на татарском языке

39 Современные межнациональные процессы в ТССР / Ред. Д. Исхаков. Казань,

1991. С. 35.

13 % горожан и 64 % сельчан. Цифры говорят о том, что в большей

степени татарским литературным языком владеют татары*сельчане

– 64 % против 13 % горожан. Больший процент татар*горожан (48 %)

владеют бытовым языком. Результаты опроса «НИК» соотносятся с

данными другого социологического опроса, по которому в соверше*

нстве владеют языком своей национальности 49 % татар, знают толь*

ко разговорный язык своей национальности – 43 %40. Из 96,6 % татар,

назвавших татарский язык родным, 49 % владеют им, а оставшиеся

47 % владеют языком неудовлетворительно или не владеют совсем.

Для тех же, кто назвал татарский родным, не зная его, язык выступа*

ет, скорее, символом этнической принадлежности.

Несмотря на то что русскоязычная часть татар слабо проявила се*

бя в процессе этнонационального возрождения, тем не менее, у нее

имеется своя позиция. Она проявилась в ходе опроса «НИК». Отве*

чая на вопрос «Как Вы относитесь к требованию некоторых нацио*

нальных лидеров придать статус государственного языка только та*

тарскому языку», одобрили это требование 18% горожан, 53% сель*

чан; не одобрили – 57% горожан, 19% сельчан. Позицию «Я никогда

не забываю, что я татарин» – выбрали как соответствующую их

умонастроениям 50,5% татар. 50% татар согласились с мнением, «что

современному человеку необходимо ощущать себя частью своей на*

циональной группы». Таким образом, по степени актуальности эт*

ничности в структуре самосознания татарское общества условно

можно разделить на две равные части. Они различаются в зависи*

мости от социального происхождения и вторичной социализации,

которая проходила либо на татарском, либо на русском языках.

Можно с достаточной долей вероятности предположить, что этни*

чески направленная система ценностных ориентаций сильнее предс*

тавлена у татар*сельчан и горожан первого поколения. В свою оче*

редь, внутри последней можно выделить наиболее активные подг*

руппы. Первая – этническая элита, ядро которой составляет худо*

жественная и гуманитарная интеллигенция и властная элита. Вторая

– рабочие относительно молодых индустриальных центров, выход*

цы из села (примером может послужить город Набережные Челны:

не случайно он, начиная с постперестроечного периода, составляет

национально*радикальную оппозицию умеренной, центристской

Казани).

40 Мухаметшин Ф., Лозовой А. Татарстан на перекрестке мнений. Проблемы, тен*

денции, перспективы. Казань, 1993. С. 98–99.

Чтобы представить удельный вес анализируемой нами группы

(этнически ориентированных татар) в современном татарстанском

обществе, т. е. социальный ресурс поддержания республиканской

этнической идентичности можно использовать данные о миграцион*

ных процессах в республике. Сравнение переписей 1979 г. и 1989 г.

показало, что удельный вес татар в населении городов Татарстана

вырос с 37,7 % до 42,1 %. В то же время численность татар в сельской

местности республики уменьшилась на 21,5 %41. Эти цифры говорят о

том, что данная группа составляет значимый фрагмент татарстанско*

го общества. Из нее рекрутируются активисты национальных дви*

жений, а ее пассивная часть с пониманием и сочувствием относится

к высказываемым ими идеям.

Приверженность этнонациональным идеологемам не возникает

на пустом месте, а определяется непосредственным опытом челове*

ка. Негативные стороны этого опыта, объединяющего выходцев из

села, связаны с асимметричностью существования общесоветской

«высокой культуры» и этнонациональной культуры, в условиях ко*

торой нарушалась преемственность первичной и высшего звена вто*

ричной социализации. Это затрудняло включение личности в прес*

тижные сферы социальной деятельности в советский период и обус*

ловило актуальность идей модернизационного национализма.

Таким образом, социальная детерминанта этничности была выз*

вана политикой советского государства, не сбалансировавшего про*

цесс индустриализации с интересами и потребностями села, с одной

стороны, и определением стратегии сохранения и развития этнона*

циональных культур в новых экономических условиях, с другой. В

результате искусственное ограничение социально*профессиональ*

ного продвижения сельчан, низкий уровень образования в сочета*

нии с несовпадением языка вторичной социализации сельчанина не*

русской национальности с языком «высокой культуры» – русским,

его низкий социальный статус, по сравнению с горожанином, яви*

лись основой нарушения баланса психологической адаптации сель*

чанина, особенно нерусского, в условиях города. Психологические

корни этого явления связаны с потерей своего «дома» в условиях го*

рода, когда в столкновении с другой культурой и языком разруша*

лась или подвергалась сомнению неизбежность и самоочевидность

субъективной реальности, выстроенной на «материнском языке» и

41 Мустафин М., Хузеев Р. Все о Татарстане // Экономико*географический спра*

вочник. Казань, 1994. С. 16–17.

этнической культуре, когда «значимые другие» в рамках этой культу*

ры (в соответствии с которыми личность выстраивала свое идеаль*

ное «Я») теряли свою значимость в контексте общесоветской «высо*

кой культуры». Попытка снять стресс заставляла бывшего сельчани*

на воссоздавать свой национальный «дом» в условиях города, а когда

этничность была легитимирована на государственном уровне, то и

защищать его гласно.

Не случайно контент*анализ читательских писем, присланных на

конкурс «Татары*90»42 (где надо было обосновать выбор лучшего

представителя нации), показал, что самым ценным качеством побе*

дившей в этом конкурсе в 1990 г. Ф. Байрамовой стала ее характерис*

тика как защитника нации (этничности, «дома»). Это отметили 72 %

читателей. Ярким примером стремления отстоять право на жизнь

своего «дома» могут послужить и публикации писателя и народного

депутата РТ Т. Минуллина в газете «Татарстан яшьляре», печатавши*

еся в специальной рубрике. В качестве характерного примера можно

привести его «Кодекс татарина», опубликованный в преддверии про*

ведения II Конгресса татар в июле 1997 г. Обращаясь к читателю, ав*

тор писал, что татарская молодежь может гордиться своим народом,

его языком и культурой и далее призывал: «Татарин! Помни, ты не

хуже ни одного народа на земле! В истории народа есть достойное

место и для тебя. Не верь тем, кто чернит твою историю!» Подчер5

кивая миролюбивый характер народа, он все5таки оговаривает, что

в случае опасности надо быть готовым «выйти на площадь борьбы,

если кто5то начнет ставить под сомнение наше национальное»43.

Эта психологическая специфика помогает объяснить феномен

популярности газеты «Татарстан яшьляре», имеющей самый высо*

кий тираж в республике. Газета воплощает в себе самые характер*

ные черты своего «дома» для сельчанина и горожанина первого по*

коления. Доверительный, диалоговый стиль общения, преобладание

эмоционального начала над рациональным, поддержание оппозиции

«мы – они» даже в информационных блоках, но не в радикальной,

агрессивной, а умеренной форме, во многом обусловлены социаль*

ной и психологической близостью журналистов газеты, выходцев из

села, своей аудитории. Воссоздавая черты своего «дома», газета дает

42 Ежегодные конкурсы, которые проводил, начиная с 1989 г., один из наиболее эт*

нически ориентированных в тот период республиканский журнал «Идель» (выпускал*

ся как на татарском, так и на русском языках).

43 Татарстан яшьляре. 1997. 22 июля.

возможность бывшему сельчанину в условиях города продолжить

свою биографию в русле привычек, представлений и системы цен*

ностей традиционной сельской общины.

Приверженность этнонационалистической идеологии подкреп*

ляется и апелляциями к истории. Сохранившаяся память об идеоло*

гии джадидизма, которая по замыслу дореволюционной татарской

элиты должна была способствовать сохранению и развитию нации в

условиях модернизации, была реанимирована «символьной элитой»,

представители которой составили костяк современных националь*

ных движений Татарстана. Идеологемы дореволюционного нацио*

нального возрождения татар получили свое развитие и новую инте*

рпретацию в современных условиях. Они явились теоретической

стратегией, обеспечивающей основу легитимности этнонациональ*

ной культуре и ее носителям, поставленным российским государ*

ством в невыгодное положение.

Асимметричность общесоветской «высокой культуры» и нацио*

нальной культуры явилась основанием внутринационального раско*

ла татарской нации, поскольку произошло наложение социального

конфликта между городом и деревней на конкурентность культур,

когда носители невостребованной этнической культуры оказыва*

лись в невыгодном положении по сравнению с русскоязычными го*

родскими татарами. Актуальность этнических ценностей сильно

снижалась уже у второго поколения горожан*татар. Родителям, быв*

шим сельчанам, было трудно обосновать рационалистически настро*

енным детям, успех социального продвижения которых зависел от

знания русского языка и культуры, важность татарской культуры и

языка, иначе как эмоциональной привязанностью. Ассимиляцион*

ные процессы среди городских татар, сопровождающиеся нигилиз*

мом по отношению к этническому, спровоцировали появление темы

«манкуртизма»44 в республиканской прессе в период этнического ре*

нессанса. Эмоциональность подачи этой темы в прессе свидетель*

ствует о болезненном переживании ситуации оспаривания тоталь*

ности этнической реальности группой этнически ориентированных

татар.

Русскоязычные татары второго и далее поколений ориентированы

в большей мере на русскую и западную культуру и мало интересуют*

ся этнической культурой. Авторы публикаций в республиканской

44 «Манкурт» – художественный образ, созданный писателем Чингизом Айтмато*

вым, олицетворяющий человека, забывшего своих предков.

прессе, размышляющие о причинах равнодушия к татарской культуре

среди русскоязычных татар, и особенно молодежи, видят причину в ее

отсталости и неконкурентоспособности. Молодой писатель А. Хаиров

в статье «Манкурт или «потерянная нация»» писал: «Если экономичес5

кая культура нации узнается по совершенству экспортируемой тех5

ники, то духовная –по экспорту литературы... Пропасть, допустим,

между современной татарской литературой и американской, очевид5

на. Можно ли сравнивать «Белые цветы»45 и «Над пропастью во ржи»?

Я не берусь... Все большие и маленькие литературы представляют од5

но целое, что5то вроде реки. Татарская литература – это литера5

тура первичных, полуязыческих символов, находится далеко от фар5

ватера, в затоне, где под водой идет тихая, размеренная жизнь, один

старый сом хвалит другого, а подслеповатая щука (читай, критика)

скрипит стершимися зубами»46.

Другой писатель, З. Хаким, пытался рассмотреть эту проблему с

точки зрения психологии: «Теперь ответьте на вопрос: воспитывает

ли наша литература, искусство и сегодняшний уклад жизни чувство

собственного достоинства в подрастающем поколении татар? Нет!

… тут есть и ответ, почему в театрах, концертных залах, на нацио5

нальных мероприятиях нет молодежи... Юность биологически тянет5

ся к свету, ей нужен простор и поэтому она не вмещается в залы, где

звучит меланхолия, тоска по деревне и однотипные песенки о «санду5

гач» («соловей»), «сагындым» («соскучился») и т.д., молодым напле5

вать на то, кто виноват в сегодняшней действительности татар,

им скучно слушать постоянные жалобы на судьбу и проклятия в адрес

русских. Молодежь тянется к сильным, уверенным, обладающим по5

тенцией на будущее... Молодым неинтересна татарская культура, в

ней они чувствуют душевный дискомфорт»47.

Другой причиной является характер вторичной социализации, ко*

торая у татар*горожан проходила на русском языке, на основе русской

культуры и ее «значимых других». Именно так конструировался пер*

вый мир индивида и затем находил свое подтверждение в ходе вторич*

ной социализации и дальнейшей жизни. Этот мир для него более зна*

ком и комфортен. Русскоязычные татары*горожане чаще вступают в

межнациональные браки с русскими, что содействует аккультурации,

особенно их детей, а порой и полной ассимиляции. Сегодня у опреде*

45 Популярный роман татарского писателя А. Абсалямова.

46 Идель. 1989. № 5. С. 40.

47 Хаким З. Диагноз: хроническая несвобода // Идель. 1996. № 1– 2. С. 3.

ленной части русскоязычных татар в какой*то мере сохраняется систе*

ма ориентаций, которая включает в себя комплекс ценностей советс*

кой эпохи (патернализм, интернационализм и т.д.). Другая часть ориен*

тирована на модернизационные западные ценности. Соответственно,

представители этой группы включены в современные виды производ*

ства, наукоемкие сферы деятельности, знакомы с передовыми техно*

логиями. Это та часть татар, для которых модернизация осуществилась,

но не на основе национальной «высокой культуры», а на базе, прежде

общесоветской, а теперь общероссийской «высокой культуры» на ос*

нове русской культуры и языка. Именно поэтому модернизационный

дискурс татарского национального движения лишен для них такой

притягательности, как для татар*сельчан. Однако это не мешает рус*

скоязычным татарам проявлять интерес к этнической истории и куль*

туре, сведения о которых они черпают из русскоязычной прессы.

Инерция невключенности татарской культуры и языка в модерни*

зационные процессы, начиная с советского периода, давала о себе

знать и в период этнического ренессанса. Информационное поле, от*

ражающее социально*экономическую, законодательно*правовую и

политическую жизнь Татарстана создается в большей мере на рус*

ском языке. Весьма показателен факт, демонстрирующий приоритеты

русскоязычной и татароязычной прессы. Так, две одноименные рес*

публиканские информационные газеты преобразовались примерно в

один и тот же период (1996 г.): «Известия Татарстана» — в газету «Вре*

мя и деньги»; «Татарстан хабэрлере» – в газету «Мэдэни жомга»

(«Культурная пятница»). Из табл. 2 видно, как выглядит тематический

набор изданий, выходящих на татарском и русском языках48.

Сама по себе деятельность русскоязычных и татароязычных СМИ

в республике может служить индикатором степени включенности та*

тарской культуры в модернизационные процессы. В своих исследова*

ниях специалисты по СМИ приходят к выводу о том, что концепция та*

тароязычных СМИ поддерживает и развивает культурный традицио*

нализм. На эту стратегию влияют как профессиональные традиции,

берущие начало с дореволюционных времен и определяющие ее прос*

ветительский журнальный характер, так и традиции советской эпо*

хи49. Данные табл. 2 красноречиво иллюстрируют этот тезис: русскоя*

48 Средства массовой информации // Цифры и факты. Казань. 2001.

49 Шайхитдинова С. Нормативные концепции СМИ в ситуации конфликта (на

примере концепции национального развития СМИ в Республике Татарстан) / Ред. С.

Ерофеев // Кому принадлежит культура? Ч. 1. Казань, 1999.

зычные газеты чаще обсуждают проблемы, связанные с социально*

экономическим развитием республики. Это обстоятельство обуслов*

лено рядом причин. Первая из них состоит в том, что татарская интел*

лигенция стремится достроить образовательную пирамиду до «высо*

кой культуры», а это связано с обсуждением проблем языка, культуры

и образования. Вторая причина обусловлена политической конъюнк*

турой, т. е. стратегией республиканской власти, заинтересованной в

поддержании этнического фактора в качестве политического ресурса.

«Верность традиции» обусловлена не только социальным происхож*

дением татароязычных журналистов, но и узкостью рынка их труда.

Татароязычных изданий мало, они неконкурентоспособны, большин*

ство из них поддерживается государством. Отсутствие у журналиста

лояльности по отношению к «традиционной» стратегии редакции мо*

жет обернуться для него потерей места работы.

Таблица 2

Тематика периодических изданий в Татарстане на 01.01.01г.

Таким образом, в информационном поле современного Татарста*

на сосуществует несколько дискурсов. Татароязычная пресса транс*

лирует, наряду с национально*модернизационным дискурсом, обще*

Тематика периодических изданий Количество изданий, шт.

на русском

языке

на татарском

языке

на обоих языках

Газеты предприятий и учебных

заведений

59 9 0

Экономика, собственность, бизнес 50 0 1

Рекламно*информационные 40 1 10

Общегородские и районные 25 14 30

Досуговые 24 1 0

Культура, образование 20 22 4

Здоровье, медицина 12 2 1

Социальная сфера 14 2 1

Молодежные 14 8 0

Религиозные 5 3 3

Законодательство и право 6 0 5

Политические партии 6 2 2

Семья, быт 1 5 0

татарстанский дискурс властной элиты, содержащий элементы дис*

курса советской эпохи. Ее аудиторией являются в большей мере та*

тары*сельчане и горожане первого поколения, татарски ориентиро*

ванная интеллигенция. Русскоязычная пресса также содержит обще*

татарстанский дискурс властной элиты и оппозиционный ему, «про*

московский» дискурс Центра, а также национально*модернизацион*

ный дискурс. Ее читают и русские, и татары. На включенность соци*

альных групп в тот или иной из представленных дискурсов, выраба*

тываемых республиканскими СМИ, сегодня оказывают влияние, по

крайней мере, два фактора: владение русским или татарским языком

и интересы представителей этих групп. В самом выгодном положе*

нии оказываются татары, владеющие и татарским, и русским языка*

ми. Для них все информационное поле, создаваемое республиканс*

кой прессой, является доступным. Для русских и русскоязычных та*

тар существенная его часть остается закрытой. Испытывают ли они

ущемление? Если принять во внимание их интересы, то наверное,

нет, поскольку существующие сегодня дискурсы татароязычной

прессы для них малоактуальны. В то же время для татароязычных та*

тар*сельчан и горожан первого поколения не стали еще «своими»

дискурсы современной модернизации. Поэтому корректнее было бы

говорить об автономности или наложении фрагментов этих дискур*

сов, которые актуализируются в сознании читателей в зависимости

от систем идентичностей, обусловленных конкретными социально*

экономическими и этнокультурными детерминантами.

Тем не менее конструктивистская деятельность СМИ в формирова*

нии республиканской и этнической идентичности будет и далее стиму*

лироваться республиканской властью. Но здесь многое зависит от того,

кто выступает учредителем (собственником) СМИ. Как правило, наибо*

лее активными участниками в формировании этнической (татарской),

или общетатарстанской (гражданской) идентичности являются изда*

ния, выходящие на русском и татарском языках, учредителями которых

выступает государство, т. е. республиканская власть. Очевидно, что дея*

тельность этих СМИ подчиняется правилу «кто платит деньги, тот и за*

казывает музыку». Но влияние рыночной экономики становится все

ощутимее. В самом деле, ситуация сегодня такова, что практически ни

одно издание, выходящее на татарском языке, не является рентабель*

ным в силу неплатежеспособности населения и отсутствия подготов*

ленных специалистов в сфере издательского менеджмента и рекламно*

го рынка. Поэтому татароязычные издания пока не способны выжить

без помощи государства. Кроме того, рынок труда татароязычных жур*

налистов ограничен границами республики, и в силу этого они «привя*

заны» к своему изданию. Отсутствие конкуренции и выбора не способ*

ствует профессиональному росту. Однако есть и исключения. Так, кон*

курентоспособность газеты «Татарстан яшьляре» свидетельствует о ее

востребованности. Шансы преумножения ее аудитории подкрепляются

тем, что развитие школы и высшего образования на татарском языке в

республике уже сегодня начинает приносить свои плоды: увеличивает*

ся число татароязычных татар*горожан. Но здесь важно, насколько та*

кого рода издания будут способны реагировать на вызовы времени.