ПРОБЛЕМА ГРАНИЦЫ

К оглавлению
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 
17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 
34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 
51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 
68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 

Отличительной чертой «южных» конфликтов нового поколения —

даже по сравнению с Афганской войной — является отсутствие надеж_

но охраняемых рубежей. Границы Российской Федерации с бывшими

советскими республиками в первые годы после распада СССР были

совершенно прозрачны. Российское руководство в тех условиях попы_

талось реализовать концепцию двух границ. Бывшая граница Совет_

ского Союза должна была стать внешним рубежом, надежно прикры_

вающим страны СНГ от нападения или иного вредного воздействия

 «со стороны». На этом оборудованном в советские времена кордоне

должны были быть сосредоточены основные силы и средства. Погра_

ничные войска Содружества должны были стать глубоко интегриро_

ванными — под российским, разумеется, командованием. Границы

между странами СНГ оставались бы в этих условиях совершенно про_

зрачными.

Эта концепция была сразу отвергнута рядом стран СНГ (Украиной,

Молдавией, Азербайджаном, Узбекистаном), усмотревшим в ней уг_

розу своей независимости и перспективу реинтеграции постсоветско_

го пространства. Отказ сразу нескольких государств присоединиться к

российскому плану вынудил Москву опираться на свои пограничные

войска, размещенные на территориях Грузии, Армении, Туркмении,

Таджикистана и Киргизии. Сплошного рубежа, таким образом, не по_

лучилось. Уже первая чеченская кампания продемонстрировала транс_

парентность как «внутренних», так и «внешних» границ. Сепаратисты

получали разнообразную помощь с Ближнего и Среднего Востока, а

удаленные на десятки и даже сотни километров от Чечни российские

города (как Буденновск) становились объектом вооруженных набегов

чеченцев. В Таджикистане российские пограничники часто оказыва_

лись под ударом и с фронта, и с тыла.

К началу второй кампании в Чечне российские погранвойска оста_

лись лишь в Армении и Таджикистане. Москва принялась обустраи_

вать те границы, за которыми еще в начале десятилетия она намерева_

лась сохранить статус «внутренних». Россия столкнулась при этом с

очевидными сложностями. На Кавказе основную проблему создают

горный рельеф и этническая чересполосица. На центрально_азиатском

направлении перед Москвой стоит почти неразрешимая задача кон_

троля самой длинной в мире (свыше 7 тыс. км) границы с Казахста_

ном, которая по большей части проходит по безлюдным степям и пус_

тыням.

Не имея сил надежно контролировать казахстанскую границу, Рос_

сия была вынуждена жить в условиях, когда единственным существен_

ным барьером между Москвой и Кабулом является группа российских

пограничников в Таджикистане. Обеспечивая до некоторой степени

политическую стабильность в Таджикистане, этот отряд не способен

прикрыть Россию от постоянно увеличивающегося потока наркоти_

ков из Афганистана 53. С 1996 г. место опия_сырца в качестве главного

наркотического средства занял героин. Российские и таджикские во_

енные говорят о «героиновом джихаде» против неверных 54, но в реаль_

ности мало что могут ему противопоставить. Методы переправки нар_

котиков не только на территорию стран СНГ, но и по самой этой тер_

ритории становятся все более изощренными 55, что свидетельствует о

масштабах коррупции внутри государств Содружества включая их си_

ловые структуры.