Т. А. Глазнева, В. М. Голованов

К оглавлению
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 
17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 
34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 
51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 

Борисоглебск

НауЧнаЯ биографиЯ как средство

историко-педагогиЧеского познаниЯ

Член-корреспондент Российской академии образования, профессор К. Салимова в 1995 году отмечала, что ситуация с преподаванием истории педагогики крайне тяжелая. Во многих странах ми­ра, даже в таких развитых, как Франция и Япония, министерскими указаниями история педагогики выведена из учебных планов педагогических учебных заведений. Как таковой истории педагогики нет и в педагогических вузах Российской Федерации. Здесь история пе­дагогики как традиционный учебный курс заменена на дисциплину «Философия и история образования», объявленную как госстандартную. Кстати, этот стандарт, по нашему мнению, весьма эклектичен и не продуман, что должно стать предметом специального обсуждения.

В настоящее время происходит явное отставание истории педагогики и как науки, и как учебного предмета от требований жизни, что недопустимо. Действительно, в условиях, когда резко изменилась социально-экономическая и политическая ситуация в мире, ког­да уходят в прошлое годы «холодной войны», когда народы мира стремятся лучше узнать друг друга, обмениваться результатами своей деятельности, стремятся преодолеть разобщенность и отчуж­денность,– в этих условиях знание всемирной истории педагогики обретает новые качественные характеристики, наполняется новым содержанием. Этот предмет становится серьезным подспорьем в под­готовке поколений будущих учителей, которые смогут воспитывать молодое поколение в духе дружбы и уважения к другим национальностям, к их культуре и традициям.

Важную роль в накоплении у студентов историко-педагоги­чес­ких знаний играют научные биографии выдающихся педагогов прош­лого, таких как Я. А. Коменский, И. Г. Песталоцци, В. Ф. Одоев­ский, Н. И. Пирогов, К. Д. Ушинский, В. А. Сухомлинский и др. К сожалению, в известном советском учебнике по истории педагогики Н. А. Константинова, Е. Н. Медынского и М. Ф. Шабаевой этому вопросу было уделено мало внимания. Отсутствуют научные биографии педагогов и в учебных пособиях Н. А. Джуринского, Д. И. Латышиной и под редакцией А. И. Пискунова, изданных в 1998–1999 годах. Вопрос о включении биографий в содержание историко-педагогического учебного материала имеет, на наш взгляд, принципиальное значение, т. к. знание жизненного пути того или иного педагога помогает, во-первых, уяснить истоки формирования его мировоззрения, что очень важно для анализа педагогических идей и открытий этого деятеля. В этом отношении, например, показательны биографии Я. А. Коменского, И. Г. Песталоцци, В. Ф. Одоевского, К. Д. Ушинского и др. Во-вторых, вопрос о личной жизни педагога и его собственных детях, по нашему глубокому убеждению, не такой уж и праздный, как может первоначально показаться, поскольку творчество великих людей тесно связано с их личной судьбой, перипетиями жизни. Для педагога наличие собственных детей очень важно, так как есть возможность в своем доме, в своей семье как наблюдать, так и влиять на развитие и воспитание ребенка, выверять выдвигаемые положения в практике воспитания. Достаточно вспомнить книгу Е. И. Конради «Несносные дети» и ее «Испо­ведь матери», чтобы убедиться в этом. Или возьмем семью К. Д. Ушинского, его детей и судьбу его старшего сына Павла, погибшего на охоте в юности. Одним словом, без знания хотя бы краткой биографии педагога трудно определить его уникальность.

В заключение отсылаем специалистов к статье американской исследовательницы Джоан Смит «Биографии педагогов прошлого как способ познания предмета», опубликованной в монографическом сборнике «История педагогики как учебный предмет» (М., 1995. С. 177–186). Эта статья, пожалуй, одна из первых подобного рода в историко-педагогической литературе.