• Главная
• Книги
• Обратная связь

 В России личный налог – в форме подушного – долгое

время играл роль весьма значительного источника государствен-

ного дохода и, несмотря на все свое несовершенство и неспра-

ведливость, особенно вследствие деления населения на податные

и неподатные сословия, продержался с Петра Великого вплоть до

2 мая 1882 г., когда был издан указ об его отмене. В настоящее

время подушная подать сохранилась только в Сибири, где она

взимается главным образом с бывших государственных крестьян

и (в половинном размере) с ссыльнопоселенцев и, под названием

«ясака» (мехами), с кочевых и бродячих инородцев. Общая сумма

дохода, приносимого этими сборами, незначительна: по исполне-

нию росписи на 1893 г. она равнялась 145 621 р.1

Разные виды подушного налога встречаются в России довольно ра-

но: так, напр., дани раскладывались князьями на побежденных народов

поголовным образом – «столько-то с мужа». В течение удельного перио-

да о ней повторяется несколько раз; во время ига монгольского у нас

встречаются поголовные переписи, нет сомнения, ради разного рода

поголовных поборов. Но при дальнейшем развитии России в экономиче-

ском и финансовом отношении замечается чаще и чаще, что эта форма

обложения в чистом ее виде отступает на задний план и заменяется на-

логами поимущественного характера. Еще платя налоги в ханскую каз-

ну, великие князья распространили эти налоги; именно вместо «черного

бора» – подушной подати, собиравшейся монголами, установили новый

налог, имевший сначала характер поземельного, а после и вообще подо-

ходного, – так называемую «посошную подать».

Как известно, этот налог покончил свое существование при Петре

Великом в 1718 г. с установлением подушной подати, которая, впрочем,

по мысли великого государя, далеко не должна была иметь тот характер,

какой носила она на себе впоследствии. Указ 1718 г. прямо высказывает-

ся, что подать обязаны платить только те лица, которые или «пашут

пашню», или «производят промыслы и торговлю», т.е. не обязаны по-

жизненной личной службой, как тогдашнее дворянство. Те же лица, ко-

торых указ называл «гулящими», не имевшие земли и не производившие

никакого промысла, должны были записываться на «землю» или «горо-

да», чтобы участвовать в платеже подушного налога (дворяне, не явив-

шиеся в полки, духовные лица, не занимавшие штатных должностей,

вольноотпущенные, выходцы из разных стран и беглые, не помнящие

родства). Таким образом, Петр Великий имел в виду налог не на лицо

собственно или простую рабочую силу, а на лицо как представителя

известной собственности или промысла, почему от налога освобожда-

лись неспособные к работе и увечные, а также слуги, кормящиеся жало-

ваньем своих господ. Указ Петра ясно показывает, что он вовсе не имел

намерения возложить всю податную тягость на крестьянина, но наобо-

рот, на всех лиц, не приносящих государству пользы иным способом.

«Эти высокие предначертания великого преобразователя, – замечает

кн. Васильчиков, – были немедленно искажены его простодушными

преемниками и иноземными правителями. Уже в 1727 г. Екатерина I,

составив Верховный Совет «из шляхетства, знатных особ и других пер-

сон», велела рассмотреть, почем впредь с крестьян с душ, так как ныне

или по примеру других государств с одних работников и особенно, как

обычай в Швеции, платеж положить». Проектированное Петром наделе-

ние землей всех плательщиков подушного налога не было выполнено

при этом, и, таким образом, подать превратилась действительно в лич-

ный налог, лежавший только на низших сословиях, тогда как по мысли

Петра с уничтожением обязательной службы она должна была бы рас-

пространиться и на высшие сословия. Этим нововведением, говорит гр.

Толстой, податная система России, которая ничем не уступала системам

Западной Европы, отстала от них надолго в усовершенствовании этой

отрасли финансового управления. В самом деле, с этого времени харак-

терными чертами нашей податной системы являются, во-первых, разде-

ление населения на податные и неподатные сословия и, во-вторых, пре-

имущественное значение сборов поголовного характера (подушной и

оброчной подати), вследствие чего почти вся тяжесть прямого обложе-

ния лежала на низших, беднейших классах народа. Попытка Павла I рас-

пространить подушную подать на дворянство, «сей знатнейший чин

государства, паче прочих ощутивший милость Монаршую», не имела

продолжительного результата, ибо при Александре I этот дворянский

налог уничтожен или, точнее, был разложен в виде 18 к. на душу поме-

щичьих крестьян.

С 1863 г. подушному налогу подлежали только крестьяне (до этого

года также мещане, а ранее, как мы знаем из истории промыслового налога, и купцы). Главным фундаментом организации его служили произ-

водившиеся через известные промежутки времени «ревизии», или пере-

писи податного мужского населения (не исключая младенцев). На осно-

вании обнаруженного ревизией числа душ и установленного законом

оклада определялась в Министерстве Финансов общая цифра налога и

делалась раскладка его по губерниям, уездам и волостям. Окончательная

раскладка налога между отдельными плательщиками производилась

самими сельскими обществами, причем принцип поголовности утрачи-

вал свое значение и заменялся поимущественным: во внимание при этом

распределении налога принималось количество рабочих сил, величина

надела и вообще имущественное положение крестьянина. Несмотря на

этот обычный прием, неравномерность и несправедливость подушной

подати резко бросались в глаза и служили причиной массы недоимок.

Несовершенства этого налога особенно начали привлекать на себя

внимание с царствования императора Александра II и вызвали целый ряд

проектов реформы, но только 2 мая 1882 г. вышел указ, который всем

этим проектам и попыткам положил конец, выразив твердое намерение

правительства покончить навсегда с подушным налогом путем посте-

пенного уничтожения его по мере нахождения новых источников дохо-

да. Новым указом 25 мая 1885 г. постановлено совершенно прекратить

с 1 января 1887 г. взимание подушной подати во всей Империи, кроме

Сибири.

Для правильного суждения о значении этой меры и о тех последст-

виях_, коими она должна сопровождаться, кроме общих нам известных

соображений о непригодности подушных сборов, необходимо принять

во внимание и следующие обстоятельства:

1) Уничтожение более 60 милл. подушной подати для всех кресть-

ян, бесспорно, должно было составить громадную экономическую выго-

ду и, облегчая тяжесть наиболее производительного класса народа, пред-

ставляло собой и мудрую в финансовом отношении меру, создавая более

благоприятные условия для материального преуспеяния крестьян в бу-

дущем и подготовляя более надежный класс плательщиков.

2) Отменой подушного налога правительство уничтожило в прин-

ципе разделение сословий на податные и неподатные и тем отказалось от

мысли удерживать привилегированность одних в ущерб другим.

3) Погашение подушной подати и соединенное с ним понижение

выкупных платежей несомненно не могло не изменить взгляда крестьян

на землю как на бремя, как это было до сих пор в тех местностях, где

земля не составляет главного источника пропитания крестьян, где боль-

шой надел только увеличивал платежи, не увеличивая дохода. Под влия-

нием реформы 1885 г. связь населения с землей должна непременно сде-

латься крепче, а потому представится возможным изменить и уцелевшие

еще доселе юридические формы прикрепления крестьян к земле (уволь-

нение из обществ, приписки к ним и пр.), ибо они сделались совершенно

бесполезными, а стеснительными и подчас вредными они являлись уже и

прежде.

4) С отменой подушного счета крестьян и взимания налогов, нет

сомнения, может быть изменен и самый порядок обеспечения исправно-

го платежа податей, представляющийся ныне в виде круговой поруки,

крайне несправедливой в своем основании.

5) Наконец, отмена подушной подати делает возможной коренную

реформу нашей отяготительной и вредной паспортной системы.

Вообще по своей разносторонней важности для блага народа отме-

на подушного налога останется навсегда в летописях истории как одно

из великих деяний, совершенных в настоящее царствование1.

Одним из наиболее обращающих на себя в настоящее время видов

специальных личных налогов является так называемый военный налог,

вызванный на свет существованием всеобщей воинской повинности и

падающий на лиц, по каким-либо причинам освобожденных от действи-

тельной службы. В короткое время этот налог вызвал целую обширную

литературу; назовем здесь: Lesigang. «Das Wehrgeld oder die Ausgleichungsbelastung

der nicht dienenden Wehrpflichtigen» (в «Jahrb. für National-

Oekonomie und Statistik». Bd 33); Cohn. «Militärsteuer» (в «Tüb.

Zeitschrift f. die gesammten Staatswissenschaften». 1879); Marcinowski.

«Wehrsteuer im Deutschen Reich». Berlin, 1881; Borstorff. «Die Wehrsteuer»

(в «Tüb. Zeitsch.». 1866); Neumann. «Die Wehrsteuer» (в «Finanz Archiv».

1887); Ferraris. «L’imposta militare». Roma, 1883 и «L’imposta militare in

Francia ei nuovi studi su diessa in Germania ed in Italia» (в «Nuova Antologia

». 1889, II); Бранд. «Налог на освобожденных от воинской повинности

в теории и в практическом применении». Киев, 1889. Этот длинный пе-

речень достаточно показывает то внимание, с каким отнеслись ученые к

этому новому виду обложения. Обоснование этой формы налога лежит в

принципе справедливости: лицо, отбывающее воинскую повинность,

приносит известную жертву в пользу общего блага: терпит лишения,

теряет свободу, может нести ущерб в своем имущественном положении;

чтобы достигнуть равенства пожертвований, представляется справедли-

вым наложить какую-нибудь жертву и на тех лиц, которые, будучи вме-

сте с ним призваны к отбыванию воинской повинности, по какой-либо

причине были освобождены от нее; а так как однородной, личной, нату-

ральной жертвы придумать для них нельзя, то очевидно, что она должна

быть заменена денежным пожертвованием в виде специального более

или менее высокого налога. Будучи, по-видимому, прямым логическим

выводом из принципа справедливости обложения, эта аргументация да-

леко не представляется безусловно убедительной. Во-первых, остается

недоказанным, что для огромной массы простого люда, служащего в

солдатах, отбывание воинской повинности является значительным ли-

шением, напротив, очень часто оно сопровождается выгодными последствиями: незначительный труд, обеспеченное пропитание, некоторое

приобщение к плодам культуры, часто облегчение будущей карьеры и т.д.

Во-вторых, что более важно, подобный налог должен погрешить в самом

основании своем: невозможно отыскать такого имущественного эквива-

лента, который представлялся бы хоть сколько-нибудь соответствующим

труду по отбыванию воинской повинности и лишениям, ею вызывае-

мым, – лишениям, доходящим очень часто до пожертвования жизнью, и

притом не случайного, как в некоторых других видах труда (железнодо-

рожная служба и т.п.), и вытекающего из самого характера военной

службы; имущественные жертвы и личные, несомненно, несоизмеримы,

а потому такой налог не только не установит нарушенного отбыванием

воинской повинности равенства, а еще более усилит общее податное

неравенство.