ВВЕДЕНИЕ

К оглавлению
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 
17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 

“Образ человека” реконструируется многогранно, многоаспектно и многофункционально в социологии, физиологии, психологии, лингвистике. Часто речь идет о перцептивном, ментальном, эмотивном и волитивном “модусах”, их разновидностях и взаимопроникновении (см. об этом подробно Арутюнова, 1988; Wierzbicka, 1972, 1996; Зализняк, 1992; Апресян, 1995 и др.). Наиболее обширен и интересен внутренний мир человека, чувственная сторона его бытия. Анализ эмоциональных проявлений, отраженных и закрепленных в языковом знаке, является важнейшим и чуть ли не единственным источником культурологической информации об “обыденном сознании” носителей какого-либо естественного языка (Воркачев, 1992:46), об их наивной  картине мира, когда исследуются отдельные, характерные для данного языка концепты, своего рода лингвокультурные изоглоссы и пучки изоглосс (Апресян, 1995:38). Это прежде всего стереотипы языкового, и более широкого - культурного, сознания: например,  типично русские концепты душа, тоска, судьба, удаль, воля (вольная), даль. Но ни одно из проявлений человеческой психики не привлекало к себе столько внимания и ни одно из них не было в умах и на устах  великих и простых людей, как любовь. Любовь как эмоциональное состояние особенно человечно и является эмоциональной универсалией в том смысле, что каждый человек может любить и признавать любовь другого человека. Это вызывает вопрос, не является ли ее лингвистическое кодирование тоже универсальным: имеют ли языки мира идентичные или по крайней мере сходные категории для такого понятия как “любовь” и являются ли они неизменными, постоянными во времени?

Привлекательность понятия “любовь” и передающих его лексем в конкретном языке для сопоставительного анализа  определяется его компонентным богатством и связностью с культурно-социологическим аспектом нашего исследования. Относясь к категориям, составляющим основу любого языкового сознания, понятие “любовь” является эмоциональной универсалией (Симонов, 1970; Aitchison, 1992). Его универсальность обусловливается внеязыковой действительностью, общими закономерностями ее отражения в сознании людей, основополагающими принципами бытия. Таким образом, объектом данного исследования  является многогаммное, широко варьированное понятие “любовь”, описываемое лингвистическими средствами  немецкого и русского языков. При этом мы не ставим цель дать определение феномена любви как явления человеческого бытия. На наш взгляд, это не решаемая пока задача.

Основой сопоставительного изучения лексики, как известно, является наличие определенных общностей между всеми языками мира в плане выражения и в плане содержания. Вместе с тем в ходе исторического развития языков в них, и в частности в их лексике, сложились весьма значительные различия, касающиеся как плана выражения, так и плана содержания. Предметом данного сопоставительного исследования  являются сходства и различия лексико-фразеологических средств описания понятия “любовь” в  языках сопоставления.

В нашем исследовании нас интересует не психология, а национальная, художественная “логика”, склад мышления, то есть то,  как народ, нация улавливает этот фрагмент мира. Этот особый поворот, в котором предстает бытие данному народу и составляет национальный образ мира. Поэтому главная проблема исследования любого культурологического характера - выяснить, есть ли у каждого народа свое лицо, структура мира и мышления, относительно не зависящая от времени, или все народы на одно лицо, т.е., по Л.Вайсгерберу, каким образом в языке отражен “дух народа”. Данное же исследование является лишь частицей в попытке решения этой глобальной задачи. Кроме того, мы предполагаем, что эмоциональная и категориальная универсальность какого-либо понятия не обязательно означает лингвистическую универсальность последнего.

В связи с этим мы определяем цель нашего исследования как сопоставление выделенных лексико-фразеологических средств, описывающих понятие “любовь” с точки зрения эмоционального состояния, отношения, поведения и его оценки в рамках русского и немецкого языков.

Для реализации данной цели необходимо решение следующих задач:

1) выявить историко-социологические изменения в дефинициях понятия “любовь” в двух языках;

2) установить культурно-этнические характеристики данного эмоционального феномена;

3) определить языковой корпус лексических единиц фразеологического и нефразеологического характера  со значением “любовь” в русском и немецком  языках;

4) выявить общее  и особенное в наборе и комбинаторике дескриптивных характеристик, связанных с понятием “любовь” в лексико-фразеологической  семантике русского и немецкого  языков, и на базе этого определить национально-вариативную специфику употребления выделенных лингвистических средств, в свою очередь на основе последнего - ценностные доминанты каждого культурного социума.

Поставленные задачи показывают, что нас интересует прежде всего лексико-фразеологическое оформление понятия, выражающего чувство любви. Однако они также направлены на решение проблем не только лингвистического, но и культурологического характера, а именно: какова языковая интерпретация этого человеческого феномена с точки зрения его образно-ассоциативного наполнения.

Актуальность, данной темы объясняется тем, что для понимания культурной специфики языка необходимо прежде всего проанализировать основные ценностные понятия, к числу которых относится “любовь”. Известно, что специфические особенности эмоциональной речи могут осложнять процесс межнационального общения как при переводе, так и при беспереводном общении между людьми, для которых один из языков является родным, а другой иностранным, приобретенным. Учет эмоционального фактора и знание особенностей выражения разных типов эмоций представителями разных культур (русской и немецкой) позволят снять возникающие моменты непонимания или неправильной интерпретации эмоциональной речи и дадут возможность  адекватного восприятия иноязычной речи, правильного реагирования на нее либо коррекции собственного эмоционального поведения.

Данное исследование  затрагивает проблемы сопоставительной  лингвистики, отчасти философии, психологии (в частности проблемы определения феномена “любовь” в сфере наук, занимающихся человеком). Таким образом, языковое отражение этого фрагмента эмоционального, внутреннего мира человека может стать частью исследования языковой картины мира в целом. Хотя понятие “любовь “ становилось предметом исследования многих лингвистов (назовем имена С.Г.Воркачева, Л.Г.Бабенко, В.В.Колесова, Л.В.Кульгавовой,  L.Jäger, E.Kapl-Blume и др.), специальное сопоставительное лингвистическое исследование дескриптивных и эспрессивно-оценочных языковых характеристик понятия “любовь” еще не проводилось, что и определяет новизну  нашей работы. Кроме того, она заключается и в семантико-эмотивном подходе к анализу лингвистических средств, использующихся в описании любви в обоих языках.

Новизна предопределяет и теоретическую значимость нашего исследования, которое представляется нам актуальным с точки зрения подхода к проблеме соотношения языка и культуры, эмоции и когниции, и отображения в языке данного фрагмента ценностной картины мира.

Практическая значимость. Выводы, которые  являются результатом нашего исследования, могут стать дополнением к содержанию некоторых разделов общего и сопоставительного языкознания, а именно: сопоставительной стилистики (эмоциональные средства языка и речи) и лексикографии антропоцентрической ориентации. Кроме того, они могут  быть полезными в теории и практике перевода при сопоставлении языковых и речевых возможностей двух языков. Материалы исследования могут быть использованы при чтении лекционных курсов и спецкурсов по общему языкознанию, сопоставительной стилистике, интерпретации текста, психолингвистике; при разработке тематики курсовых и дипломных работ. Фактический материал может быть использован в практике преподавания языка, лексикологии, типологии в качестве иллюстративного материала.

Источником языкового материала исследования  послужили тексты художественных произведений современных немецких и русских авторов и их переводов, словари различных типов, а также высказывания выдающихся деятелей обеих культур, пословицы и поговорки немецкого и русского народов, тексты публицистических и научных изданий, информация передач теле- и радиовещания.

Достоверность и объективность результатов исследования обеспечивается большим объемом проанализированных текстов (13370 страниц) и большим числом картотеки  примеров - 3189.

При отборе литературных произведений соблюдались следующие критерии:

1. Хронологические рамки написания произведений. Все, за единичным исключением, включенные в список произведения, были написаны в период с 1930 по 1985 годы.

2. Наличие переводов произведений-оригиналов с русского на немецкий язык и с немецкого на русский. Иногда допускался отход от этого критерия, когда не требовался сопоставительный анализ текстов-переводов и текстов-оригиналов.

В качестве критериев выбора примеров использовались:

1. Дефиниции, зафиксированные в словарях разных типов.

2. Контекстуальный анализ ситуации, в которой однозначно описывается или выражается чувство любви.

Методологической базой для данной работы служат принципы и основополагающие категории диалектики о всеобщей взаимосвязи языковых и внеязыковых явлений, а также разработанные в современной лингвистике подходы и пути их описания. В нашем исследовании мы опирались на методологические принципы понимания языка как культурно-исторической среды, на концепцию   разграничения языка и речи, на соотношение рационального и эмоционального в мышлении, а также взаимосвязь эмоций и языковой картины мира, которая является основой лингвистической концепции эмоций и теории эмотивности языка. Кроме того мы использовали методику изучения культурных доминант в языке, основой которой является концептуальный подход к изучаемому явлению/понятию. В нашем случае мы полагаем необходимым развести термины “понятие” и “концепт” в целях предотвращения путаницы в дальнейшем изложении сути исследования. Одновременно мы признаем, что термин “концепт” может использоваться как синоним термина “понятие” (Карасик, 1996: 4). Для изложения нашего материала условимся считать “концептом” содержание понятия, объем которого может оформлять сам предмет языкового знака как такового: то есть “любовь” есть смысловое значение для концептов обиходного понимания данного явления, для научной, философской, художественной, авторской интерпретаций. В свою очередь эти концепты могут иметь смысловые значения: например, ‘любовь’ есть эмоциональное поведение, ‘любовь’ есть эмоциональное состояние, ‘любовь’ есть эмоциональное отношение и т.д., концептуальное оформление которых может быть безграничным. В данном случае мы предполагаем, что понятие  наднационально, но концепт может быть национален. Иначе: значение антропоцентрично, то есть отражает общие свойства человеческой природы; более того, оно этноцентрично, то есть ориентировано на данный этнос.

Направление исследования, принятого в работе обусловило применение следующих методов анализа:              1) историко-сопоставительный анализ с использованием информации деривационной истории, 2) дефиниционнная интерпретация,  3) элементы компонентного анализа, 4) стилистическая интерпретация, 5)  дистрибутивный анализ.

На защиту выносятся следующие теоретические положения:

1. Общее положение о том, что язык, будучи “практически действительным сознанием”, соотносится с окружающей действительностью  (при этом последняя воздействует на язык неодинаково) конкретизируется и подтверждается идеей о том, что стремление любого языка к сохранению индивидуальных черт своеобразно отражается в передаче в каждом языке тех или иных понятий, тех или иных категорий. Этнокультурные различия в интерпретации понятия “любовь” в немецком и русском языках  означают не только наличие/ отсутствие тех или иных признаков, но и особенности этих признаков (внешних и внутренних)  и  своеобразие в их комбинаторике.

2. Историческое изменение признаковых характеристик глобального понятия типа ‘любовь’ осуществляется в немецком и русском языках по-разному, что находит свое отражение в разных образно-ассоциативных связях внешнего мира и его восприятия отдельным этно-культурным социумом.

3. Национально-культурная специфика языкового отражения того или иного явления может быть смоделирована по трем типам соответствий: 1) для обоих языков может потребоваться одинаковый набор признаков для описания параллельных семантических полей ( полное наложение смысловых объемов); 2) существует некоторая базовая признаковая общность, за пределами которой каждый язык добавляет определенное количество несходных признаков (пересекающееся наложение смысловых объемов); 3) семантическое поле в одном языке полностью исчерпывается семантическими признаками другого языка, в котором, однако, имеются дополнительные признаки, оставшиеся “невостребованными” (неполное наложение семантических объемов).

4. Лингвокультурологические варианты в “наполнении” понятия “любовь” в сравниваемых языках - свидетельство относительной не-универсальности самого понятия и разности его культурного фона.

Структура диссертации.  Диссертация состоит из введения, трех  глав, заключения, библиографии и списка художественных произведений, послуживших источником материала для сопоставительного анализа, списка словарных изданий.

В Первой главе “Взаимосвязь культурологических и лингвистических аргументов в сопоставительном анализе” предлагается обсуждение вопроса о национально-культурной основе исследований подобного рода (часть 1) во взаимосвязи с лингвистической категорией эмотивности при анализе языковых средств описания фрагмента эмоционального мира человека (часть 2).

Вторая глава “Языковой знак “любовь” как термин в немецком и русском языках: общее и особенное” посвящается рассмотрению понятия “любовь” как термина. Приводятся межкультурные определения понятия в свете различных подходов; дается ретроспектива изменений его признаковых характеристик на материале лексикографических изданий XVIII - XIX веков; рассматриваются национально-культурные интерпретации ассоциативно-образного характера, оформленные русским и немецким языковым сознанием в паремиологических изречениях.

В Третьей главе “Сопоставительный анализ языковых средств описания понятия “любовь” в русском и немецком языках” приводится сопоставительный анализ лексических средств фразеологического и нефразеологического характера, обозначающих понятие “любовь” с точки зрения их внешней формы, внутреннего содержания (часть 1) и метафорического переосмысления (часть 2).