2.2. Структура и коммуникативные типы современного публичного диалога

К оглавлению
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 
17 18 19 20 21 22 23 

Многие психологические и психолингвистические разработки направлены на то, чтобы характеризовать на основе вербального материала стоящие за речью психические процессы и состояния. Анализируя речь, моделируют знания, которые необходимы, чтобы говорить и успешно коммуницировать [ван Дейк, 1989]. Интенциональный анализ обращен к тому, чтобы исследовать текущее состояние сознания [Ушакова и др., 1995]. Реконструируются интенции, то есть направленность сознания говорящего в момент речи, в актуальной ситуации общения. Соответственно в центре внимания оказываются подвижные функциональные характеристики речи, связанные с коммуникацией, которую она обеспечивает, и, конечно, с партнером общения.

В самом деле, всякая речь, хотя бы и опосредованно, кому-то адресована. Человек имеет представление о том, к кому обращается, и строит свою речь в соответствии с этим представлением. Адресат незримо присутствует в тексте. Вслед за М.М.Бахтиным в этой связи принято говорить о "диалогичности" - диалогичности речи, текста, дискурса [Бахтин, 1979]. С помощью речи осуществляется взаимодействие человека с другими людьми, и это проявляется в том, что и как говорится. Значимость диалогических характеристик для понимания природы дискурса подчеркивается многими авторами.

Обращение к человеку говорящему - языковой личности - как центральному объекту лингвистического исследования неизбежно перемещает акцент изучения с языковой системы на продукты коммуникативной деятельности - речевые произведения, дискурсы.

Рассмотрение дискурса в современной лингвистике текста проходило определенные стадии, опять-таки мотивированные в своем развитии движением от языка к человеку. Если первоначально центральная цель, которую ставило перед собой языкознание, заключалась в описании лингвистических средств построения внутритекстовых связей, то постепенно оно все больше обращалось к факторам внелингвистическим, вначале рассматривая дискурс как отражение структуры речевого акта и, наконец, вплотную подойдя к разработке интеракционистской модели интерпретации речевого поведения [Макаров, 1998].

Дискурс в современной науке все чаще рассматривается как отражение социально значимого взаимодействия членов социума. Кроме того, такое понимание стимулируется практическими задачами воздействия языкознания на нынешнюю социокультурную ситуацию. Из кастовой науки, усилия которой были направлены на имманентное описание внутриязыковых отношений, лингвистика сейчас все более решительно устремляется в жизнь, возвращая себе статус гуманитарной (от homo - человек) области знаний [Седов, 2000]. В этом смысле сбываются предсказания Бодуэна де Куртенэ, предвидевшего, что "языковые обобщения будут охватывать все более широкие круги и все более соединять языкознание с другими науками: с психологией, антропологией, социологией, биологией" [Бодуэн де Куртенэ, 1963, с. 18]. К настоящему времени языкознание значительно продвинулось в указанном Бодуэном направлении. Развитие языкознания сегодня диктуется практическими нуждами развития общества. Именно с этим связано возрождение классической риторики и формирование на ее основе неориторики, практической области гуманитарного знания, призванной влиять на становление языковой личности.

В своем развитии современная риторика неуклонно движется от законов красноречия, в рамках публичного официального, монологического по преимуществу, общения, к нормам повседневной обыденной интеракции. Уже сейчас звучит призыв к созданию рецептурной лингвистики, которая способна давать рекомендации по формированию как отдельных языковых личностей, так и речевой культуры целого социума [Седов, 2000].

Кроме того, диалогичность текста акцентирует также постструктуралистская концепция: дискурс "конструирует" картину мира, чтобы активно воздействовать на представления адресата [Барт, 1994]. Поскольку язык есть семиотический код, он навязывает систему ценностей, систему представлений говорящего и, следовательно, неизбежно конструирует модель мира. Это не есть нейтральное отражение фактов по принципу зеркала. "Язык как инструмент воздействия не может быть "нормальным" зеркалом - он (вне зависимости от воли говорящего) всегда в той или иной степени оказывается кривым зеркалом, "кривизна" которого определяется коммуникативными задачами автора и его картиной мира" [Иссерс, 1996, с. 71].

Научные исследования показывают, что в любом акте речевого общения коммуниканты преследуют определенные неречевые цели, которые в итоге влияют на деятельность собеседника [Блакар, 1987; ван Дейк, 1989]. Так, например, Р.Блакар утверждал, что выразиться "нейтрально" невозможно, поскольку даже неформальный разговор предполагает "осуществление власти", то есть воздействие на восприятие и структурирование мира другим человеком [Блакар, 1987, с. 91].

То, что известно сегодня о соотнесенности речи с партнером, заставляет предполагать, что важнейшей составляющей стоящего за речью интенционального состояния является направленность говорящего на собеседника - интенции, которые можно обозначить как диалогические.

Современная действительность создает большое разнообразие коммуникативных ситуаций. Одной из самых активных форм коммуникации в наши дни становится устная публичная речь и в первую очередь - публичный диалог.

И если еще два десятилетия назад традиционные типы публичного диалога были достаточно стереотипны и живое непосредственное общение заменялось клишированными вопросами и типовыми ответами, то сегодня на смену языковым стереотипам пришла возможность свободного обмена мнениями. Современная публичная речь значительно расширилась и обогатилась новыми видами и разновидностями.

Наиболее полно форма публичного диалога реализуется в жанре интервью. Интервью обычно определяют как беседу журналиста с каким-либо лицом или группой лиц, представляющую общественный интерес и предназначенную для передачи в средствах массовой информации. Любопытно, что и сами журналисты, задаваясь вопросом популярности этого жанра в наши дни, пытаются его классифицировать: "Есть два вида интервью: когда вы просто вынимаете из человека то, что вам нужно, и другое - "интервью-портрет", когда все, что он говорит, интересно, хотя для этого тоже надо быть интересным собеседником..." [Щелкунова, 1993].